ПОРТРЕТ МИЛЛИОНЕРА

ПОРТРЕТ МИЛЛИОНЕРА

Кто он — типичный американский миллионер? Послушаем его рассказ от первого лица.

• Я мужчина пятидесяти семи лет, женат, трое детей. Мы, миллионеры, в семидесяти случаях из ста обеспечиваем от 80% и более дохода семьи.

• В среднем каждый пятый из нас уже отошел от дел. В среднем две трети из тех, кто ведет активную трудовую деятельность, имеют собственное дело. Любопытно, что владельцы собственного дела составляют менее 20% работающего населения Америки — и две трети миллионеров. Три четверти из имеющих собственное дело определяют себя как предпринимателей. Большинство прочих — высококвалифицированные специалисты, такие, как бухгалтеры и врачи.

• Многие виды предпринимательской деятельности, которой мы занимаемся, можно назвать скучными и обыденными. Наши фирмы оказывают услуги по газосварке, проведению аукционов, обработке ядохимикатами, укладке асфальта; мы рисоводы, владельцы стоянок для автотуристов, торговцы коллекционными марками и монетами.

• Жена почти в половине случаев — домохозяйка. Наиболее распространенная профессия среди работающих жен — учитель.

• Типичный подлежащий налогообложению доход на семью у нас составляет 131 000 долларов в год. Такой доход имеют 50% семей миллионеров. Средний общий доход — 247 000 долларов. Разница между типичным (то есть в половине случаев) и средним показателем объясняется наличием семей с доходом от 500 000 до 999 000 долларов в год (8%) и с доходом от 1 миллиона долларов и выше (5%). В среднем семья миллионера владеет 3,7 миллиона долларов. Конечно, кое-кто из нас стоит гораздо больше — почти 6% владеют более чем 10 миллионами долларов. Это благодаря им средняя величина так высока. Типичная же стоимость — 1,6 миллиона долларов.

* В основе наших исследований — семьи миллионеров, а не отдельные личности. При такой методике не представляется возможным точно указать пол. Однако поскольку 95% семей миллионеров — семейные пары и в 70% таких пар глава семьи — мужчина, обеспечивающий не менее 80% дохода, мы обычно говорим о типичном миллионере “он”.

В среднем наш реализуемый годовой доход составляет менее 7% нашего богатства. Другими словами, мы живем меньше чем на 7% своего состояния. Большинство из нас (97%) владеет жильем. Мы живем в своих домах, стоимость которых в настоящее время в среднем 320 000 долларов. Примерно половина из нас проживает в одном доме свыше 20 лет, так что мы немало выиграли на росте цен на недвижимость.

Большинство из нас ничего не получили в наследство и отнюдь не чувствовали себя обделенными по этой причине. Около 80% из нас — первое поколение зажиточных людей.

Мы живем намного скромнее, чем позволяют средства. Мы носим недорогие костюмы и ездим на отечественных автомобилях. На “автомобиле года” ездит абсолютное меньшинство среди нас. В лизинг берет автомобили абсолютное меньшинство. Среди наших жен преобладают женщины, которые умеют планировать и скрупулезно рассчитывать семейный бюджет. Между прочим, лишь 18% из нас не согласны с поговоркой: “Благотворительность начинается с собственной семьи”. Большинство из нас считает, что жена обращается с деньгами бережнее, чем мы сами.

У нас есть запас “пошли вы все к черту”. Это значит, что у нас накоплено достаточно средств, чтобы прожить, не работая, не менее десяти лет: те из нас, кто владеет 1,6 миллиона долларов, могут безбедно прожить двенадцать лет, а фактически и больше, поскольку мы откладываем не меньше 15% получаемого дохода.

- По средствам мы превосходим своих соседей - немиллионеров больше чем в шесть с половиной раз. Зато среди наших соседей на одного миллионера приходится три немиллионера. Может быть, они предпочли богатству обладание престижными материальными благами?

В целом, уровень образования в нашей группе достаточно высок. Только один из пяти не закончил колледж. Многие имеют ученые степени: 18% - магистры, 8% - дипломированные юристы, 6% - датированные врачи, 6% -обладатели ученой степени доктора философии.

Только 17% среди нас и наших жен посещали частную начальную или среднюю школу. Зато 55% наших детей в настоящее время учатся в частных школах или закончили их.

Мы верим, что образование чрезвычайно важно для нас самих для наших детей и внуков. Мы много тратим на образование своего молодого поколения.

- Две трети из нас работают от 45 до 55 часов в неделю.

Мы разборчивые инвесторы. Мы инвестируем в среднем около 20% нашего годового дохода, а большинство из нас инвестирует не меньше 15%. 79% из нас имеют, как минимум, один счет в брокерской компании, но все решения по размещению средств мы принимаем только самостоятельно.

- Почти 20% своих средств мы храним в виде ценных бумаг, таких, как акции компаний и паевых фондов. Мы продаем свои ценные бумаги крайне редко. На пенсионные планы мы тратим еще больше. В среднем 21% наших состояний представлено вложениями в наше собственное дело.

- В целом как группа мы считаем, что наши дочери находятся в худшем финансовом положении, чем сыновья. Кажется, что даже в рамках одной профессии мужчины зарабатывают больше, и поэтому большинство из нас готово поделиться средствами с дочерьми. Наши сыновья — как и все мужчины — имеют больше козырей в экономике и не должны нуждаться в родительской помощи. Что было бы идеальным занятием для наших детей? Семей миллионеров, подобных нашей, — три с половиной миллиона, и число их растет быстрее, чем население в целом. Пусть наши дети станут такими специалистами, в услугах которых нуждается этот рынок богатых людей. Больше, чем любому консультанту, мы доверяем своему финансисту. Второй по важности человек — наш юрист. Поэтому детям мы советуем идти изучать финансы или право. Большой спрос в ближайшие пятнадцать лет будет также на консультантов по налоговым вопросам и экспертов по недвижимости. Я человек прижимистый. Поэтому я и согласился заполнить вашу здоровенную анкету за хрустящую купюру в 1 доллар. Как вы думаете, почему я согласился потратить несколько часов на разговор с авторами этой книги? Потому, что они заплатили мне - от 100 до 250 долларов, в зависимости от продолжительности интервью. Кстати, гонорар они предложили перевести на мой любимый благотворительный адрес. На это я им сказал: “Любимый благотворительный адрес у меня — домашний”.