7.2.1 Налоговая реформа по Боосу

7.2.1

Налоговая реформа по Боосу

Что касается снижения налогов, то эта идея не нова и имеет весьма широкую поддержку. Оно предусматривалось проектом Налогового кодекса, внесенного Черномырдиным, а также Антикризисной программой Кириенко. В последней для облегчения финансового бремени предприятий реальной сферы планировались также меры по сокращению перекрестного субсидирования и по снижению цен и тарифов в отраслях естественных монополий, которые могли составить в среднем 15–20 %. Это было бы более ощутимо, чем даже снижение НДС на 10 %.

Логика налоговой реформы, предложенной Г. В. Боосом и поддержанной Ю. Д. Маслюковым, такова. Налоги все равно собираются на 50–60 %, обусловливая лишь рост недоимок бюджета. Если сократить их вдвое, то собираемость возрастет, а положение предприятий облегчится, и высвободившиеся средства они смогут направить на инвестиции. Самый «плохой» налог — НДС, поскольку положенный возврат средств, уплаченных в ценах на ранее уже обложенные НДС сырье и материалы, происходит не сразу, отвлекая оборотные средства. Поэтому прежде всего надо снизить НДС.

Обещания Бооса: да, первое время сбор налогов может снизиться, надо найти способ заложить «яму». Но затем, уже через полгода, начнется рост производства. Появятся дополнительные доходы, и потери бюджета будут перекрыты.

К сожалению, здесь что ни утверждение, то заблуждение. Им легко поддаться, потому что хочется поверить в давно ожидаемый результат. Даже либералам, ибо снижение налогов всегда написано на их знамени.

Пойдем по порядку.

Если налоги собираются на 50 %,то снижение ставок само по себе не приведет к повышению собираемости. Напротив: кто платит, будет платить меньше, кто не платит, платить не начнет. А если вы намерены укреплять налоговую дисциплину, то с этого и начните. Докажите, что способны добиться сдвигов. Тогда и решать бы.

Логическое противоречие: если налоги не платятся потому, что велико налоговое бремя, а вы, сократив ставки, намерены повысить эквивалентно собираемость налогов, то в чем будет облегчение налогового бремени? Ведь ожидают, что в итоге денег в бюджет поступит не меньше, а больше.

Да, отвечают, но производство возрастет, увеличится налогооблагаемая база, и ту же сумму налогов заплатить будет легче. Извините, но кто доказал, что налоги — главное препятствие для повышения производства? Не низкий спрос, не отсутствие доступного кредита, не неумение делать конкурентоспособную продукцию и завоевывать рынки, а именно налоги? Доказать это невозможно, но доказывать легче. Потому что здесь всего один субъект, который потеряет, — государство, а на его стороне так мало защитников. Один Минфин да пара неразоружившихся монетаристов.

А они говорят: если хотите сократить налоги — прежде сокращайте обязательства государства, сокращайте расходы. А если не можете, если по уши влезли в долги и стоите на пороге государственного банкротства, то впору налоги не сокращать, а повышать, на что и пошло всеми осуждаемое правительство Кириенко.

Самый «плохой» налог — НДС, ибо его приходится платить, от него трудней отвертеться. Кроме того, он оберегает бюджет от потерь в период инфляции, а ее угроза пока не исчезла; напротив, возрастает. Напомню, НДС был введен в 1992 году, когда после либерализации цен ожидали высокую инфляцию и хотели предупредить известный эффект Оливейры-Танзы, когда расходы бюджета растут быстрее доходов. Теперь сходная ситуация.

Оборотные средства отвлекаются, так как есть возврат? Неверно! Отвлекаются, так как нет возврата. Государство не вернуло положенных сумм возврата на 15 млрд. руб. Это половина ожидаемого эффекта для предприятий от снижения ставки. Верните! Не можете?

Нет денег, это верно. Но разве это не антигосударственная логика: если я не могу дать деньги, то снижу налог, то есть отдам их источник?

По просьбе коллег подчеркиваю: я за снижение налогов — но других. А НДС должен быть «священной коровой», это главная опора бюджета. Подрывать ее в период острейшего бюджетного кризиса — диверсия. Снижение ставки НДС даже на 5 % — первая реальная стратегическая ошибка правительства Примакова.

В 1999 году будет не то, что обещает Боос, а «непредвиденное» сокращение доходов бюджета, и немаленькое, которое можно будет закрыть 1 только масштабными недофинансированием и/или эмиссией.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.