От инфляции – к эмиссии на падающей цене

От инфляции – к эмиссии на падающей цене

Вести – это на самом деле учетные инструменты обращения капитала, не предназначенные для выхода в наличность. Да, при определенных обстоятельствах они должны частично конвертироваться в обычные деньги, и на этих шлюзах возникает единственный риск, призрак инфляции.

Но если проект стандартен, если в нем рождается добавленная стоимость, то эта добавленная стоимость, обмененная на потребительский рубль, не увеличивает инфляцию, а снижает ее. Дефлятором могут быть только инвестиционные вести, перетекающие в денежный контур. Вести являются единственным фактором дефляции, поскольку мы выдаем на рынок добавленную стоимость большую, чем стоимость потраченного капитала в денежной форме!

При этом чаще всего предпринимателю не требуется всю добавленную стоимость зафиксировать в деньгах. Он добавляет стоимость N, а просит откэшировать через денежный шлюз n – на булавки, на еду, на яхту… Но большую часть добавленной стоимости предприниматель пустит в новый инвестиционный проект, т. е. оставит в вестях. А на рынок, который обслуживается деньгами, поступит товаров на большую стоимость, чем ранее привлечено в виде капитала.

Инфляция – когда денег больше, чем товаров. А у нас будет наоборот: товаров больше, чем денег, обслуживающих их оборот. Значит, цена товаров должна падать, и, что важно, – без снижения их количества.

При этом новый, инвестиционный, контур не отменяет задачи центрального денежного контура: ЦБ каждый день регулирует объем эмиссионных денег – либо скупает деньги, либо эмитирует, например в целях поддержания валютного паритета. Объем каждый день дышит.

Во время обращения товаров и денег их количество уменьшается за счет издержек самого обращения. В обычной экономике эти потери компенсируются все возрастающей денежной массой. А нужно создать обратную ситуацию: когда товаров, претендующих на обслуживание рублем, выбрасывается больше, чем имеется для того рублей. Тогда включается в игру эмиссионный центр: не хватает денег – добавь, это не страшно. И стране легко объяснить: цены упали, потому что проекты дают результаты, товаров становится больше, при этом часть добавленной стоимости инвестируется в новые процессы. Товары произведены и пошли в потребление, а собственно денег на их производство было потрачено намного меньше их нынешней денежной стоимости.

Сегодня же в уродливой экономике производитель требует живой кэш, клиентские деньги, собранные в банках. Он говорит банку: «физики» подождут, дай на время мне. И банк дает. Производитель вкладывает их в длинный инвестиционный цикл. Когда-нибудь они действительно отобьются. Но за это время естественная убыль первых денег приведет к тому, что деньги на выходе к деньгам первоначальным будут иметь другое отношение. Марксова цепочка: деньги – товар – деньги`. Причем деньги` учитывают не только добавленную стоимость, но и потери в результате трансакционных издержек – это впервые сформулировал Коуз.

Потеря денег во время цикла обращения и производства товаров и есть та самая инфляционная составляющая, с которой надо разобраться раз и навсегда!

Материально потери нет, нет убытка, новый товар действительно производится, он действительно имеет новый спрос. Получается глупость: как же так, произвели новый товар из леса, дерево росло, мы его не сами делали, да и руду Бог создал. Пусть мы кору содрали, дерево распилили, но основное же взяли из природы готовым. Отчего тогда инфляция?

Инфляция – это неправильно выстроенная система отношений людей и их финансовых инструментов по поводу пиления бревен. Это плата за нашу глупость, за нашу плохую организованность.

Когда мы разведем эти контуры, когда обнаружим, что в проектной деятельности могут вращаться бревна и цемент, измеренные в инвестиционных попугаях, и что для этой деятельности потребуются ресурсы, лишь малой частью которых будут привычные нам деньги – за которые мы привыкли есть, пить, стричься, мыться, платить взятки и т. п. – вот тогда на потребительском рынке появятся товары, для приобретения которых станет не хватать денежной массы. Вот тогда эмиссия будет способствовать потребительскому росту, а не инфляции. Эмиссия станет радостным событием. Эмиссия на падающих ценах и будет означать реальный рост ВВП, реальный рост благосостояния, главный показатель эффективности экономики.

Общество скоро научится так жить. Так пусть это будет в России.