Сюрприз! Сюрприз!

Сюрприз! Сюрприз!

Некоторые ораторы любят «театральничать», обманывая ожидания аудитории. Вот, например, цитата из речи «В поисках героев», произнесенной на выпускном банкете в Университете Лойолы:

Мне посчастливилось иметь друга и делового партнера, которого я считаю героем. Его воспитание было, пожалуй, не таким многообещающим, как ваше. Звали его Марион Моррисон. Он начал жизнь среди вполне заурядного окружения в небольшом городке штата Айова. Отец его был аптекарем, мать – телефонисткой. В молодые годы он переехал в Калифорнию. Школу закончил в Глендейле, поступил в Университет Южной Калифорнии. В конце 20-х во время летних каникул начал подрабатывать на киностудии и впоследствии стал играть в фильмах Рауля Уолша, который выбрал для него [начинающего актера] псевдоним Джон Уэйн.

Будь оратор менее искусен в построении речи, он начал бы свою историю фразой вроде «Позвольте мне рассказать вам о моем друге и деловом партнере Джоне Уэйне». Но вместо этого он сначала назвал настоящее имя короля вестерна и приберег изюминку на потом, упомянув, как о чем-то само собой разумеющемся, что работодатель Мариона Моррисона поменял имя молодого актера на «Джон Уэйн». Нетрудно представить удивление и восторг аудитории, понявшей, что «герой» Марион Моррисон – это тот самый здоровяк, который впоследствии мастерски разделается не с одной сотней матерых грабителей, похитителей скота и прочих нехороших парней. Вполне вероятно, что чего-то подобного аудитория ожидала в продолжение всей речи.

А вот еще пример драматического сюрприза от оратора. Он взят из речи, написанной мной для чиновника японского правительства, выступавшего на конференции в Орландо:

Я считаю особенно символичным, что мы с вами встретились здесь, в Орландо, где находятся ворота в царство Диснея, и как раз в подходящее время, чтобы принять участие в праздновании дня рождения одного из самых известных и самого обожаемого из всех американцев – того, кого любят люди во всем мире, а особенно японцы [долгая пауза], – Микки-Мауса. Будем же надеяться, что наша ассоциация на пятидесятом году своего существования останется столь же моложавой и энергичной, как нынешний Микки.

Похожей техникой пользовался радиоведущий Пол Харви в серии авторских программ «Финал истории». Разница заключалась в том, что аудитория Харви заранее ожидала нестандартного завершения, и поэтому эффект неожиданности несколько притуплялся.