Глава тринадцатая Сила духа

Глава тринадцатая

Сила духа

Вертолет с логотипом Amway на борту пролетел над двумя башнями моста Маккинак, соединяющего полуострова Нижний и Верхний Мичиган, и на мгновение завис над узкой лужайкой на острове Маккинак. Я прилетел туда по приглашению Детройтской торговой палаты, чтобы выступить на ее ежегодной конференции. Меня попросили рассказать о нашей компании собранию успешных бизнесменов. Говорить я, однако, собирался не столько об Amway, сколько о том, что значит быть людьми, обогащающими жизнь.

В старинном, изящном и красивом танцевальном зале, окна которого выходили на обрамленную зеленью гладь озера Гурон, собралось несколько сотен человек. Они наслаждались вкусным обедом, ожидая моего выступления. Представлявший меня человек бесконечно долго говорил о моих «многочисленных достижениях на поприще предпринимательства». Он просто перечислял факты моей биографии, и мне было не в чем его винить, но его представление было таким длинным и цветистым, что мне нестерпимо хотелось спросить: «Кто должен произнести здесь речь – вы или я?» После этого длинного представления я поблагодарил ведущего за его теплые слова и щедрые похвалы, но добавил: «В этом вступлении был описан не я. Позвольте же мне сказать, кто я есть на самом деле. Я – христианин. Вот кто я на самом деле». Та встреча происходила более двадцати лет назад, и с тех пор я часто представляюсь именно так. Я говорю это просто для того, чтобы представиться. Однажды после моего выступления одна из слушательниц попросила меня выступить… в своей синагоге, и для нее мое публичное признание в вероисповедании не было каким-либо препятствием.

Я родился и воспитывался в христианской семье. Мои дедушки и бабушки, приехавшие в Америку из Нидерландов, были христианами. Правда, дедушка ДеВос стал христианином, уже будучи взрослым. (Мать деда умерла, когда он был еще маленьким, отец куда-то исчез, и к одиннадцати годам дед каким-то чудом набрал денег на билет и уехал из Нидерландов в Америку.) Однажды в его дверь постучал пастор реформатской христианской церкви, что на Восточной Авеню Гранд-Рапидса. С тех пор дед и вся его семья стали ее прихожанами. Жители Гранд-Рапидса исповедовали разные религии. Поляки ходили в костел, голландцы – в реформатскую церковь. Мы играли в футбол и бейсбол с нашими польскими соседями-католиками и могли иногда повздорить. Но вера всегда была частью нашей жизни. Иногда в одном углу располагалась реформатская церковь, а в другом – христианская реформатская церковь. Хелен выросла в лоне последней, и мы до сих пор являемся ее прихожанами. Она расположена на авеню ЛаГрав. Правда, как я уже говорил, в детстве мы с родителями ходили в протестантскую реформатскую церковь, она размещалась на углу улиц Франклина и Фуллера в кирпичном здании с большим алтарем и широкими галереями по бокам и вмещала до восьмисот прихожан. Основал ее Герман Хуксема, пастор христианской реформатской церкви. Он разошелся со своими братьями в толковании некоторых мест Священного Писания и покинул эту церковь, уведя за собой некоторых прихожан, в том числе и бабушку Деккер. Она стала прихожанкой протестантской реформатской церкви и привела туда детей, в том числе и мою мать. Дедушка же остался в христианской реформатской церкви и каждое воскресенье ходил на службу один.

Богословские противоречия могут разделить людей. Три поколения нашей семьи принадлежали протестантской реформатской церкви, но в конце концов мои родители, мои сестры и я вернулись в лоно христианской реформатской церкви. Позже моя мать не раз недоумевала, как могло случиться, чтобы дедушка один ходил в церковь, но он был тверд в вере и не желал покидать свой корабль. Мы, дети, в большинстве своем посещали уроки катехизиса – обычно вечером по средам, – где нас учили основам христианской веры. Всей семьей мы каждое воскресенье ходили в церковь – утром и вечером. Воскресенье было посвящено молитве и отдыху от трудов: нам разрешали играть в мяч во дворе, но запрещали ходить на воскресные футбольные матчи. В нашей семье воскресенье считалось днем семейного общения. Обычно мы гостили у дяди или тети, ужинали, а потом вместе шли на вечернюю службу.

Когда я учился в христианской школе, ко мне после вечерней службы часто приходили одноклассники. Мама всегда нас кормила, а потом мы играли в настольные игры, слушали радио или просто разговаривали. Наш дом был открыт для моих друзей, и Джей приезжал ко мне часто и близко познакомился с мамой. Она с удовольствием опекала всех приходивших к нам в дом детей. Помимо церкви и семьи на мое мировоззрение оказали влияние христианские школы. Во время обсуждения этических вопросов учителя внушали нам, что все люди – божьи создания и достойны уважения. Если ученик отличался в спорте или умел хорошо играть на каком-нибудь музыкальном инструменте, то мы знали, что он одарен особыми талантами. Мои родители были убеждены в важности христианского образования и отказывали себе во всем ради того, чтобы скопить денег и отдать меня в христианскую школу. Именно там я познакомился с Джеем Ван Анделом. Если бы я туда не попал, жизнь сложилась бы совсем иначе. Я уверен, что сама судьба определила нас с Джеем в одну школу и сделала лучшими друзьями.

В реформатской церкви детей крестят в младенчестве, а в старших классах школы мы проходили обряд публичного принесения обетов в верности нашей вере. Однако я не всегда был согласен с тем, что слышал с церковной кафедры, и решил повременить с обетом. Я знал, что я преданный христианин, но мне не нравились некоторые теологические нюансы, которым следовал наш пастор. Вернувшись с военной службы, я поговорил с другим пастором и поделился с ним сомнениями. Выслушав меня, он сказал: «Знаешь что? Твой Бог слишком мал! То, что ты не в состоянии понять, как Он может наперед знать все, что ты собираешься делать, и при этом дать тебе полную свободу воли, отнюдь не означает, что Он не может все предвидеть. Он – высшее существо, а мы – всего лишь люди». Я обдумал эти слова и понял, что пастор был прав. Теперь я знал, что готов заявить всем о своей вере, и до сих пор я принимаю решения, основываясь на религиозных принципах. Наш выбор жизненного пути начинается с убеждения в том, что все люди одинаково ценны. Мы проводим этот принцип в Amway, уважая всех, ведь главное – то, что человек познается по делам его. Заниматься нашим бизнесом может любой, независимо от цвета кожи, образования и этнической принадлежности. На этом основана работа Amway – дистрибьютор движется к успеху, только если он честно ведет дело и помогает другим.

Многие видные дистрибьюторы нередко довольно настойчиво говорили о христианской вере на собраниях дистрибьюторов. Однако я их предупредил, что прихожу на собрания Amway не для того, чтобы слушать проповеди: «Мы ведь не ходим в церковь слушать рассказы об Amway. Так что давайте отделять одно от другого. Кто знает, как переменится жизнь какого-нибудь человека от общения с вами или другими дистрибьюторами? Не стоит торопить события. Если вы хотите поговорить с людьми о вере, делайте это приватно, а не на публичном мероприятии». После этого, если собрания дистрибьюторов проходили в воскресенье, некоторые выступавшие иногда предлагали собравшимся при желании посетить вечернюю службу. Этот обычай сослужил нам неплохую службу, простите за невольный каламбур. В словах разных пасторов многие находили помощь и утешение. В своих речах я представляюсь верующим христианином и рассказываю всем, что в жизни мною руководит вера.

Я уже говорил, что искренне верю в дух предпринимательства и во всепобеждающий оптимизм, но еще сильнее моя вера в Бога. Я никогда не пытался навязывать свою веру другим, но я тем не менее открыто говорю о ней. Если вера вознаградила меня, если она наполнила смыслом мою жизнь, то почему я не могу поделиться этим с другими? Так как я никогда не скрывал религиозных убеждений, меня часто спрашивают, не является ли Amway христианской организацией. В Amway работает множество истинных христиан, но сама компания не может быть христианской, так как христианами могут быть только люди. Amway – международная компания, сегодня она работает и в тех странах, где люди, как правило, не являются христианами. Но все они имеют полное право пользоваться возможностями, которые им предоставляет Amway.

Я не пользуюсь религиозными атрибутами для пропаганды своего бизнеса, но и не отворачиваюсь от веры, когда в воскресенье выхожу из церкви. Я христианин по вере и ощущениям, и тот факт, что я стал успешным бизнесменом, не заставил меня счесть, что мне больше не нужна путеводная нить, а материальные блага не вскружили голову. Оглядываясь на прожитую жизнь, я могу сказать: все, что у меня есть, на самом деле мне не принадлежит, ведь все мы тленны, и я лишь «присматриваю» за этим богатством. Я благодарен судьбе за то, что вырос в доме и общине, которые привили мне христианскую веру и приучили ежедневно подтверждать эту веру делом и молитвой. Религиозные обязанности никогда не были мне в тягость, наоборот, они приносят мне радость, покой и мир, и я надеюсь, что искренняя вера может облагодетельствовать и всех остальных.