5. Всеобщее образование и экономическая наука

5. Всеобщее образование и экономическая наука

В странах, не изнуренных борьбой между разными языковыми группами, государственное образование может работать, если оно ограничено чтением, письмом и арифметикой. Для одаренных детей можно даже добавить элементарные понятия геометрии, естественных наук и действующих законов страны. Но как только возникает желание идти дальше, появляются серьезные трудности. Обучение на элементарном уровне неизбежно превращается в индоктринацию. Невозможно представить подросткам все аспекты проблемы и дать им возможность самим выбирать между противостоящими друг другу взглядами. Столь же невозможно найти учителей, которые смогли бы передать мнения, которые сами они не одобряют, так, чтобы удовлетворить тех, кто разделяет эти мнения. Партия, заведующая школами, в состоянии пропагандировать собственные догматы и порочить взгляды других партий.

В сфере религиозного образования либералы XIX в. решили эту проблему путем отделения церкви от государства. В либеральных странах религия больше не преподается в общеобразовательных школах. Но родители могут послать своих детей в конфессиональные школы, финансируемые религиозными общинами.

Однако проблема относится не только к преподаванию религии и определенных теорий естественных наук, противоречащих Библии. В еще большей степени это затрагивает обучение истории и экономической теории.

Публика видит проблему только в отношении международных аспектов обучения истории. Сегодня многие говорят о необходимости вывести обучение истории из-под влияния национализма и шовинизма. Но мало кто отдает отчет, что проблема непредвзятости и объективности существует и в освещении отечественной истории. Изложение окрашивается социальной философией учителя или автора учебника. Чем больше требуется упростить и сжать материал, чтобы сделать его понятным незрелым умам детей и подростков, тем хуже результат.

Марксисты и интервенционисты считают, что обучение истории в школах заражено идеями классического либерализма. На место буржуазной интерпретации истории они хотят поставить свою. Согласно марксизму, английская революция 1688 г., американская революция, Великая Французская революция и революционные движения XIX в. в континентальной Европе были буржуазными явлениями. Они стали причиной поражения феодализма и установления господства буржуазии. Пролетарские массы не получили свободы; они просто перешли из-под классового владычества аристократии под классовое владычество капиталистических эксплуататоров. Чтобы освободить рабочего человека, необходимо упразднение капиталистического способа производства. К этому, как утверждают интервенционисты, должны привести Sozialpolitik или Новый курс. С другой стороны, ортодоксальные марксисты настаивают, что только насильственное свержение буржуазной системы правления способно действительно освободить пролетариат.

Ни в одном разделе истории невозможно обойтись без определения своей позиции по этим спорным вопросам и лежащим в их основе экономическим доктринам. Учебники и преподаватели не могут высокомерно соблюдать нейтралитет по отношению к постулату, что незаконченная революция требует завершения посредством коммунистической революции. Любое утверждение, касающееся событий последних 300 лет, подразумевает определенную оценку этих споров. Невозможно избежать выбора между философией Декларации независимости и Геттисбергской речи и философией Манифеста коммунистической партии [87]. Вызов существует, и бесполезно зарывать голову в песок.

В старших классах и даже в колледжах передача исторического и экономического знания фактически представляет собой индоктринацию. Большая часть студентов, безусловно, еще не созрела для того, чтобы сформировать свое собственное мнение на основе критической проверки изложения преподавателем своего предмета.

Если бы государственное образование было более эффективным, чем оно является на самом деле, то политические партии жаждали бы доминировать в школьной системе, чтобы определять способ, которым эти предметы должны преподаваться. Однако сегодня всеобщее образование играет лишь незначительную роль в формировании политических, социальных и экономических представлений подрастающего поколения. Влияние радио, прессы, внешних обстоятельств намного мощнее, чем влияние учителей и учебников. Пропаганда церквей, политических партий и групп давления превосходит влияние школы, чему бы она ни учила. Все, чему учит школа, очень быстро забывается и не может противостоять постоянному давлению социальной среды, в которой живет человек.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.