2. ДЕМОКРАТИИ НОВОГО И НОВЕЙШЕГО ВРЕМЕНИ

2. ДЕМОКРАТИИ НОВОГО И НОВЕЙШЕГО ВРЕМЕНИ

Становление буржуазной демократии в Новое время в странах, которые мы сейчас называем капиталистическими и промышленно развитыми, в основных проявлениях повторяло тот же путь, каким утверждалась демократия в полисах Древней Греции. А начинался переход к буржуазной демократии после буржуазных революций, свергающих средневековую феодально-бюрократическую государственную власть.

Идеалом для средневековой христианской государственной власти являлось описанное в Библии еврейское монархическое государство и кастовое земледельческое народное общество с крестьянскими общинами в его основании. Однако в отличие от кастового иудаизма христианство под воздействием греческой философии платонизма унаследовало у древнегреческих полисов представление о сословном разделении прав и обязанностей в народном обществе, предложенное учеником Сократа Платоном взамен разделения прав и обязанностей разных разрядов имущественных собственников. Поэтому хозяйственная жизнь земледельческого христианского народно-патриотического общества и государства основывалась на господстве сословного землевладения, которое возрождало и сохраняло у землепользователей, у основной массы крестьянства традиции общинного коллективизма. Такая хозяйственная жизнь была экстенсивной, не предполагающей личной предприимчивости, кодификации прав собственности и двойной этики и морали. Ибо христианское мировоззрение было имперским, общечеловеческим. Оно обосновывало и защищало коллективистскую общинную этику и мораль, и на ней в Средние века выстраивались государственные отношения и народное общественное взаимодействие внутри религиозного имперского пространства. С одной стороны, в Византийском православном имперском пространстве на востоке Европы и в передней Азии. И с другой стороны, в Римском католическом имперском пространстве на Западе Европы.

Буржуазные революции сначала в Западной, а затем и в Центральной Европе подготавливались поворотом феодально-бюрократических государств к развитию товарно-денежных отношений, когда внутри феодализма складывалась прослойка городской буржуазии, занимающаяся созданием ремесленных рыночных товаров и обслуживанием рыночного обмена. Городской буржуазии мешали средневековая христианская церковь, привилегии церкви и второго землевладельческого сословия, коллективистское общинное землепользование крестьянства. На определённом уровне развития товарно-денежных отношений в конкретном государстве буржуазия этого государства революционно восставала против средневековой церкви и феодально-бюрократических государственных отношений ради возрождения в новых исторических обстоятельствах господства интересов частной собственности, ради замены сословного разделения прав и обязанностей имущественными, разрядными правами и обязанностями и ради демократического, узаконенного конституцией представительного самоуправления. Буржуазные революции до основания разрушали феодально-бюрократическую государственную власть, которая сложилась в Средние века на основе христианского мировоззрения, и начинали создавать совершенно новую государственную власть, призванную обслуживать задачу углубления товарно-денежных отношений.

Однако распад прежнего сословного государства, уничтожение сословного землевладения приводили к хаосу, при котором потерявшими связь с христианской этикой и моралью небольшими прослойками самых асоциальных дельцов через преступления и банковское ростовщичество создавались огромные финансовые и имущественные состояния. Владельцы таких состояний, новоявленные олигархи, захватывали власть, подчиняли себе представительные собрания и устанавливали ничем не сдерживаемое разбойное господство. Они извращали идею демократии либеральными воззрениями, в которых видели обоснование своей вседозволенности, развратного, порочного и праздного потребительства. Посредством создаваемой ими исполнительной власти олигархи обращали остальное население переживающей буржуазную революцию страны в бесправных рабов, в обделённых нищих и люмпенов. При этом они вольно и невольно начинали развращать молодые поколения своим безмерным паразитизмом и распутством, расшатывать в сознании молодых поколений коллективистскую и трудовую этику и мораль, народно-патриотическое мировосприятие.

Как и в полисах Древней Греции, противоречия между олигархами и остальным населением после буржуазных революций быстро достигали предельной остроты, порога кровавых столкновений. А спасение конкретной страны, доведённой буржуазной революцией и олигархами до отчаянного положения, достигалось теми организованными силами, которые в данной стране оказывались на этом этапе развития единственно способными победить противников и создать централизованную военно-политическую или чиновно-полицейскую власть, посредством неё отстранить олигархов от непосредственного влияния на внутреннюю и внешнюю политику. Буржуазные революции в разных странах происходили в разные эпохи, при разном уровне развития буржуазного и политического сознания населения, с разными соотношениями нацеленных на борьбу за власть слоев горожан, с разными господствующими идеологиями или религиозными учениями. Поэтому режимы отстранения олигархов от непосредственной власти были в каждой стране разными.

Там, где наблюдался подъём религиозного протестантизма или политических идеологических учений обуржуазивающихся социальных слоёв горожан, режимы отстранения олигархов от власти принимали характер мелкобуржуазных военно-политических и националистических революций. Такими режимами были, например, режим возглавившего индепендентов Кромвеля в Англии, режим Наполеона Бонапарта во Франции. Но поскольку в этих странах в то время подавляющим большинством населения оставались крестьяне с общинным коллективистским мировоззрением и землепользованием, постольку режим Кромвеля в Англии и режим Наполеона во Франции не смогли создать устойчивые институты власти в интересах средних слоёв имущественных собственников. Они были свергнуты, однако успели основательно расшатать средневековые устои, подготовить эпоху Реставраций, эпоху конституционных монархий, продолжающих рыночные преобразования, становление крупных спекулятивно-коммерческих капиталов при отстранении олигархов от непосредственной власти. Эти реставрационные режимы укреплялись феодальными чиновно-полицейскими учреждениями, наделёнными неограниченными полномочиями вести политический террор против средней и мелкой буржуазии, против религиозных и идеологических учений средних слоёв имущественных собственников (к примеру, в Англии против индепендентов и, вообще, пуритан). И они же примирялись с олигархами, согласными подчинять свою финансовую власть исполнительной власти конституционной монархии. То есть реставрационные монархические режимы играли роль тираний, переходных режимов, опирающихся на традиции средневекового народно-патриотического мировосприятия, на старшие поколения, носители такового мировосприятия.

В странах же, в которых буржуазные революции вдохновлялись только либерализмом, в которых мелкобуржуазные идеологические и религиозные учения переживали упадок или имели ограниченное влияние, олигархов отстраняли от власти чиновно-полицейские режимы, и такие режимы начинали бороться с политической самостоятельностью средних имущественных слоёв, с молодыми поколениями, заражающимися интересами мелкой и средней частной собственности. Подобными режимами были, к примеру, режим чиновно-полицейской тирании в США, который утвердился с 20-х годов XIX века и продержался до победы представителя республиканской националистической партии, партии новых поколений англосаксов Новой Англии А. Линкольна; и режим Веймарской республики в Германии до прихода к власти нацистов во главе с А. Гитлером.

Но каким бы ни был режим тирании, он провоцировал и подготавливал националистическое идеологическое и политическое объединение молодых поколений горожан государствообразующих этносов вокруг националистического видения идеального политического общества, как общества с двойной этикой и моралью. Он заражал молодые поколения имущественными интересами мелкой и средней частной собственности, развращал потребительскими настроениями настолько, что они готовы были восстать и через гражданскую войну добиваться власти, чтобы начать выстраивать национальные общественные государственные отношения. 

Иначе говоря, после буржуазных революций и временного безраздельного господства олигархов власть захватывали управленческие и силовые учреждения новой исполнительной власти, тесно связанные с некоторыми из олигархических группировок. Эти чиновно-полицейские учреждения преобразовывали исполнительную власть в тиранию, которая теряла интерес к рыночным и демократическим преобразованиям, сосредотачивалась на укреплении самой себя, на создании привилегий для чиновников и полицейских подразделений, условий для их произвола и безнаказанности, для коррупционного обогащения и праздного образа жизни. И добивались чиновники и всевозможные полицейские прослойки удовлетворения своих запросов в условиях тирании налаживанием с помощью олигархов всеохватной коммерческой посреднической спекуляции, беспощадной коммерческой эксплуатации страны и остального населения.