1

1

Всякая власть есть способность осуществлять насилие. Такая способность – это сущность, смысл и содержание власти. Без насилия власть не существует, а говорить о ней не имеет смысла. И чем в большей мере власть способна совершать насилие, чем разнообразнее виды используемого властью насилия, тем больше у неё возможностей объединять, организовывать людей, совершенствовать управление их деятельностью. Насилие это не только физическое насилие. Оно выступает и как идеологическое насилие, и как насилие в виде общественных мифов о прошлом, настоящем и будущем. Насилие это и социальные этика, мораль, культура, проникающие во все стороны быта многих людей. Насилие заявляет о себе и в виде религиозного насилия, и информационного, и в виде угрозы лишить средств к существованию. Насилие над человеком достигается посредством безработицы или материального поощрения за результаты определённого труда, поступка. А одним из самых простых видов насилия является воздействие на людей посредством денег. Жить среди людей и не испытывать постоянного насилия в том или ином проявлении невозможно.

Государственная власть отличается тем, что она появляется вследствие сознательного создания и развития системы организации насилия над множеством людей одновременно, в первую очередь над представителями аристократии или правящего класса, правящего сословия. И чем совершеннее система организации государственного насилия, чем всеохватнее это насилие, тем лучше взаимодействие членов правящего класса и членов податных классов, тем лучше взаимодействие всех классов, сословий и слоёв населения для продвижения к целям удержания устойчивости внутриполитических и внешнеполитических отношений, тем быстрее развивается государство, тем оно могущественнее, богаче и цивилизованнее.

История всех цивилизаций свидетельствует, что развитие каждой цивилизации следовало за развитием государственной власти, за усилением её способности совершать насилие, за расширением ею видов насилия. Когда власть слабела, что проявлялось в ослаблении способности совершать системное насилие над людьми, в сокращении видов используемого насилия, цивилизация переживала упадок, а если кризис власти становился хроническим, она гибла. Но если государственная власть была на подъёме, если ей удавалось совершать насилие в таком объёме, что оно проникало в быт, в помыслы, в устремления людей, давая им представления, как об идеальном обществе, так и о прошлом и будущем человечества, она показывала способность ставить сложнейшие задачи и разрешать их. В этом случае она двигала цивилизацию к новым достижениям.

Ход мирового цивилизационного развития с древних времён до наших дней показывает вполне определённую закономерность. Качественное усиление способности государственной власти к насилию, главным образом вследствие появления качественно нового по мировоззрению идеологического насилия, вело к тому, что она получала преимущества перед государственной властью прежних цивилизаций в возможности совершенствовать системное управление людьми, воздействовать на развитие экономики и социально-политических отношений. В результате она начинала создавать собственную цивилизацию, более могущественную и системно более сложную.

На основаниях таких выводов надо сделать следующее заключение. Экономический и социально-политический кризис, из которого не может выбраться Россия, обусловлен тем, что власть господствующего режима не способна развивать и совершенствовать системное государственное насилие, как более сложное в сравнении с коммунистическим государственным насилием Советской власти. Иначе говоря, нынешняя власть в России существует исключительно за счёт достижений советской власти. В этой связи возникают принципиальные вопросы.

Является ли кризис центральной власти в России хроническим, обрекающим страну на постепенное «проедание» достижений советской власти, а затем на неизбежный, неотвратимый распад? Или всё же есть возможность преодолеть его через резкое усиление способности центральной власти к насилию? А если такая возможность есть, то как, в каких идеях она должна заявить о себе?

Для ответа на эти вопросы надо обратиться к истории России последних трёх десятилетий.