Постоянство и перемены: вечная двойственность человека

Постоянство и перемены: вечная двойственность человека

Собравшись в 1787 году в Филадельфии, авторы Конституции Соединенных Штатов бились над сложнейшим вопросом: как создать практически применимое законодательство, которое стало бы и долговечным, и достаточно гибким? Зайдешь слишком далеко в одном направлении, дашь слишком много конкретных указаний – и Конституция либо превратится в смирительную рубашку, либо ею научатся пренебрегать. Авторы Конституции не могли предсказать, какие перемены произойдут в мире. Кто мог бы предвидеть или хотя бы вообразить автомобили и самолеты, радио, кабельные новостные программы, интернет, движение за гражданские права, ядерное оружие, противозачаточную таблетку, возникновение Советского Союза, распад Советского Союза, джаз, забастовки высокооплачиваемых спортсменов, зависимость Америки от импортной нефти, 11 сентября? Зайдешь слишком далеко в другом направлении, дашь лишь общие и расплывчатые предписания, и Конституция окажется «беззубой», не обеспечит практического руководства, которое требуется, чтобы сплотить людей самого разного происхождения и отдельные штаты в единую нацию. Нужна последовательная, прочная система, которая связывала бы все воедино, препятствуя распаду страны на враждующие маленькие государствишки.

И вот отцы-основатели изобрели хитроумное средство – механизм поправок. Это было одно из первых «устройств» такого рода, оно позволяло Конституции органически развиваться: будущим поколениям предоставлялось право вносить изменения по мере возникновения таких ситуаций, которых авторы Конституции не могли предвидеть. Что не менее важно: они также предусмотрели механизм для обеспечения стабильности, установив очень высокий барьер для прохождения поправок. После первых десяти поправок (Билля о правах), принятых еще в 1791 году, за следующие 220 лет появилось всего 17 поправок. Столь малое количество обусловлено прописанной авторами Конституции процедурой: за поправку должны проголосовать две трети членов конгресса и две трети сенаторов, а затем она должна быть ратифицирована в трех четвертях штатов. Вспомните множество разнообразных событий с 1791 по 2011 год – и все же Конституция исправлялась лишь 17 раз. Авторы Конституции ясно отдавали себе отчет в том, что изменения могут понадобиться, но также они понимали, что великой нации нужен постоянный рецепт, с которым она сможет сверяться, особенно в непредсказуемом и быстро меняющемся мире{193}.

Любая организация – компания, общество, нация, церковная община, общественный фонд, школа, больница, армейское подразделение, оркестр, команда – словом, любая человеческая организация вынуждена участвовать в этой вечной борьбе между постоянством и переменами. Ни одна организация не достигнет высокого уровня успеха без постоянства: если вашим затеям недостает единой последовательной концепции и дисциплинированного метода, перемены во внешней среде собьют вас с толку и вашу судьбу определят силы вне вашего контроля. Столь же верно и обратное: никакое человеческое сообщество не достигнет высокого уровня успеха без продуктивного развития.

Мы видим, что компании из группы 10? примиряли эти две противоположные потребности примерно так же, как создатели Конституции, снабдившие ее механизмом поправок. Всем требуется четкий маршрут, с которым можно сверяться в пути, принимать решения, обеспечивая единство и преемственность во времени. И нужно время, чтобы выработать эти правила, вывести их из четкого понимания, что будет работать, а что нет. В 1787 году новорожденная нация послала лучших представителей в Филадельфию и дала им четыре месяца, чтобы выработать Конституцию. Декларация независимости дышала духом идеализма («Мы считаем эти истины самоочевидными»), но Конституция должна была реалистично подойти к проблеме человека и власти, принять во внимание эгоистические устремления, снабдить новую систему управления противовесами и контролем, учесть опасность реакционности масс, помнить о ценности компромисса. И этой Конституции требовался механизм обновления{194}.

Изменения в надежном и проверенном рецепте СМаК подобны поправкам к Конституции: правильно составленный рецепт, основанный на эмпирическом опыте, практически применимый, будет служить хорошо и долго – но столь же важно, фундаментально важно предусмотреть возможность перемен. Постоянно перепроверяйте свой рецепт, ставьте под вопрос любые ингредиенты – но не спешите их менять.

Величия достигнут те, кто упорно движется вперед, вычисляя, что будет работать: исполняя закон Мура, распространяя модель Southwest Airlines на всю страну, раскрывая секрет EPO, беспощадно внедряя стандарт Windows, производя такие компьютеры и MP3-плееры, какие самим бы хотелось иметь. Те, кто расходует всю энергию, «реагируя на перемены», так и будет делать это – расходовать энергию, реагируя на перемены. Вот ведь парадокс: самые значительные изменения в мире, мощнейшее влияние на общество и экономику исходят от тех, кто придерживается чрезвычайно последовательного подхода. Этих людей не назовешь жесткими догматиками – они дисциплинированны, они креативны, они склонны к паранойе. Словом, они самый СМаК!

Ключевые моменты

СМаК означает «специфика, методичность, константа». Чем быстрее меняется окружающая среда, чем она ненадежнее и опаснее, тем крепче придерживайтесь своего СМаКа.

Рецепт СМаК – это набор долговечных работающих правил, которые в совокупности составляют последовательную и воспроизводимую формулу успеха. Этот рецепт ясен и конкретен, он объединяет всю организацию и направляет ее усилия, дает четкие указания, что делать, а чего не делать.

Рецепт СМаК опирается на эмпирический опыт и понимание, что? работает для этой компании и почему. Наглядный пример – десять пунктов Говарда Патнэма для Southwest Airlines.

Успех десятикратников напрямую зависит от того, как они создают рецепт СМаК, соблюдают его и исправляют (нечасто), если того требуют обстоятельства. При этом задействованы все основные качества десятикратников: эмпирическая креативность (создание и развитие рецепта), фанатичная дисциплина (чтобы придерживаться рецепта) и продуктивная паранойя (вовремя почувствовать необходимость перемен).

У всех компаний из контрольной группы, за одним лишь исключением, в их лучшие годы также имелись проверенные рецепты, однако не хватило дисциплины соблюдать их с креативной последовательностью: в пору турбулентности компании реагировали резкими изменениями рецепта.

Поправки к рецепту СМаК затрагивают один элемент или ингредиент, оставляя рецепт в целом нетронутым. Как и механизм поправок к Конституции, такой принцип позволяет и осуществлять радикальные перемены, и поддерживать исключительное постоянство. Справляться с парадоксом постоянства и перемен – одна из основных проблем любой человеческой организации.

Существуют два разумных подхода к переписыванию рецепта СМаК:

1) применить эмпирическую креативность, которая направлена в основном на саму компанию (сначала пули, ядра потом);

2) применить продуктивную паранойю (общий план, затем ближний план), которая направлена главным образом вовне.

Неожиданные открытия

Существует возможность развивать конкретные, специфические и долговечные – на десятилетия – практики: рецепт СМаК.

Однажды создав свой рецепт СМаК, десятикратники меняли его за анализируемый период в среднем на 15 % (а компании из контрольной группы – в среднем на 60 %). В среднем каждый элемент в рецепте десятикратников продержался более двадцати лет. Удивительное открытие, учитывая, что мы изучали период, в котором все компании – и группа 10?, и контрольная группа – подвергались стремительным переменам и беспощадной неопределенности.

Трудно не внедрить перемены, а понять, что будет работать, почему это будет работать, когда пора что-то менять – а когда менять не стоит.

Ключевой вопрос

Какой у вас рецепт СМаК и нуждается ли он в корректировке?

Данный текст является ознакомительным фрагментом.