«ШКОЛА ЗНАНИЙ» И «ШКОЛА КОМПЕТЕНЦИЙ» ........

«ШКОЛА ЗНАНИЙ» И «ШКОЛА КОМПЕТЕНЦИЙ» ........

ТРАДИЦИОННОЕ И ПОДЛИННОЕ ОБРАЗОВАНИЕ ................

ОЛИЦЕТВОРЕНИЕ ВЛАСТИ .......

Две культуры ....

Условия слияния .....

«Хвост вертит собакой?» ...

Мышление и Власть ....

РЕАЛЬНОСТЬ АНТИУТОПИИ .........

Силовое столкновение ....

Стихийный бунт .......

Религиозная террористическая экспансия ......

Интеллектуальная деградация ......

Реальности антиутопии ....

Революция сознания ...

ПСИХИЧЕСКИЕ ОТКЛОНЕНИЯ И ОБЩЕСТВО .......

Аутизм и «индигоизм» ....

МИФИЧЕСКИЕ «АКСИОМЫ» ...........

ТЕСТЫ НА ПОЛНОЦЕННОСТЬ МЫШЛЕНИЯ ...........

Тест первый .....

Тест второй ....

Тест третий ....

ТИП МЫШЛЕНИЯ И ВИД ЦИВИЛИЗАЦИИ.............

НРАВСТВЕННОСТЬ И «АВТОРИТАРНАЯ ДЕМОКРАТИЯ» ...

Нравственность ....

Нравственность и стабильность ....

Нравственность и авторитаризм ....

Нравственность и демократия .....

Нравственность и мышление ....

ЧАСТЬ 6

ФОРМИРОВАНИЕ ПОЛНОЦЕННОГО МЫШЛЕНИЯ

МАСШТАБЫ ПРОЕКТА И БАРЬЕРЫ ….........

Интеримы ....

Психологический барьер ...

Ресурсный барьер ...

Кадровый барьер ....

«ОНИ ДОЛЖНЫ БЫТЬ НАСТОЯЩИМИ!».............

ИНТЕРИМЫ – ЭТО НЕ ИНТЕРНАТЫ ..............

ФОРМИРОВАНИЕ МЫШЛЕНИЯ В ДОШКОЛЬНЫХ ИНТЕРИМАХ .........

ФОРМИРОВАНИЕ МЫШЛЕНИЯ В ШКОЛАХ ИНТЕРИМАХ ..............

ПЕДАГОГИКА ИНТЕРИМОВ .......

ВЫПУСКНИКИ ИНТЕРИМОВ И ПЕРЕХОДНОЙ ПЕРИОД .......

Механизм социальной реформации .....

Круг дружеского общения ......

«А судьи – кто?» .....

ИНТЕРИМЫ И БУДУЩЕЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ ..........

ЧАСТЬ 7

ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ

ТРАЕКТОРИИ БУДУЩЕГО ЦИВИЛИЗАЦИИ ...............

Эволюционная траектория.......

Интеллектуальная траектория...........

БЕСКОНФЛИКТНОСТЬ ИЛИ БЕСПРОБЛЕМНОСТЬ? ......

ПРОБЛЕМЫ «СВЕТЛОГО БУДУЩЕГО» .........

Биосоциальный отбор..................

Работа и личная жизнь........

Политический строй ....

«Неотчуждаемые» права людей ....

Либо одно – либо другое........

Стимулы и идеалы ...........

Демократия ......

Дети и родители ....

НРАВСТВЕННОСТЬ: ВОСПИТАНИЕ ИЛИ МЫШЛЕНИЕ?............

Воспитанная нравственность....

Нравственность полноценного мышления ....

ПОСЛЕСЛОВИЕ

ЛИТЕРАТУРА, ЗАМЕЧАНИЯ, ДОПОЛНЕНИЯ .....

«ВОЗВРАЩЕНИЕ В ЗАВТРА» .......

(реалистическая утопия)

ОБ АВТОРЕ .....

ВВЕДЕНИЕ

При всей непредставимости феномена «жизнь» и загадочности принципа разумности, человек остается пусть незаурядным, но не более, чем природным образованием. Поэтому в существовании человека разумного нет никакого возвышенного или абсолютного смысла. На вопрос одного из читателей: «Человек -это цель или средство?» Борис Стругацкий ответил:. «И то, и другое. Ни то, ни другое. Зависит от точки зрения. В этом смысле он ничем не отличается от, скажем, муравейника, тайфуна или закона больших чисел» [1]. Из сказаного следует вывод, что к обществу нужно подходить, как к обычному природному объекту, т.е. применять те же методы, критерии и оценки, которые давно стали общепризнанными в естественно-научных исследованиях, и максимально разобраться с тем, что собой представляет разумность. Очевидно, что человеческая цивилизация, возникшая вследствие появления разумности, также может рассматриваться, как природное образование, с тем лишь отличием, что после создания достаточно развитой среды обитания, форма и состояние цивилизации стали зависить только от уровня развития разумности. Попытка следования этим принципам привела к выводу, что единственным выходом из затягивающего цивилизацию системного кризиса является массовое формирование полноценного мышления [2], Для доказательства справедливости этого утверждения не потребуется каких-либо метафизических вывертов и попыток спрятаться в тумане «глубокомысленного» наукообразия и специальной терминологии, маскируя пробелы, белые пятна или собственное незнание, а приводя только соображения, основанные на рациональном подходе. Насколько убедительно получилось – судить читателям, однако большинство выводов оказалось в резком противоречии со многими привычными и традиционными представлениями.

Цивилизация и культура

Слово «цивилизация» многозначно. В некоторых случаях Цивилизациями называют более ли менее автономно развивающиеся сообщества людей в условиях относительной географической и информационной изоляции, и отличающиеся какими-то общими и случайно сформировавшимися признаками. Например, индо-восточная цивилизация, западная, исламская, иудо-христианская и т.д. Цивилизациями иногда называют и сообщества древних или вымерших племен, изучаемых археологией, например, цивилизацию инков, исчезнувших с лица Земли относительно недавно, или шумеров. Подчас слово «цивилизация» используют даже биологи, чтобы иносказательно описать сосуществование больших популяций животных - например, пчел или термитов, ведущих совместный и взаимозависимый образ жизни.

Слово «культура» также многозначно. Культурой часто называют искусственную среду обитания земной цивилизации без углубления в местные отличия, и созданную человеком за всю историю как в материальной, так и в интеллектуальной сферах. Иногда при использованни слова «культура» имеют ввиду среду обитания, созданную в течение ограниченного периода развития или изолированным человеческим сообществом, называя ее, например, «культурой палеолита», «культурой бронзового века», «культурой майя», «культурой современного Китая» и т.п. Еще чаще культурой называют понятия и предметы, которые принято ассоциировать только со сферой искусства: живописью, музыкой, театром и т.д., руководствуясь условными эстетическими критериями. Иногда культурой называют попросту воспитанность, умение себя вести в обществе, что, вообще говоря, мало отличается от дрессированности. В тексте слова «цивилизация» и «культура» будут, как правило, употребляться только в наиболее общем смысле: человеческой цивилизацией называется совокупность всех людей планеты, наделенных разумностью и ведущих социальный образ жизни в созданной ими искусственной материальной и интеллектуальной среде обитания. Сама искусственная среда обитания коротко называется культурой.

Начавшись в простейших формах сотни тысяч лет назад, конец существания цивилизации теряется в дымке бесконечно далекого будущего. Весь этот период можно разбить на ряд очевидных этапов: Происхождение, Становление, Настоящее и Будущее. Первые три этапа объясняются достаточно просто, если за начальную точку отсчета принять уже существующими такие загадочные феномены, как «жизнь» и «разумность», и если речь пойдет о причинах возникновения и изменений цивилизации, а не о тех неисчислимых деталях, которыми она обросла за многие тысячелетия существования человека. О будущем цивилизации ничего определенного сказать нельзя, и даже общие размышления о будущем имеют смысл только в предположении, что не произойдет лавинообразного скатывания в конфликт самоуничтожения, фатальной тектонической или космической катастрофы. Однако первого можно избежать, сознательно изменив многое в существующих цивилизационных реалиях, а по поводу второго остается только вспомнить грустный анекдот, советующий в случае атомной войны завернуться в простыню и тихо ползти на кладбище. – Тихо, чтобы не создавать паники.

А чтобы подобный невеселый финал не стал неотвратимым еще до наступления природных катастроф, необходимо понять, что культура состоит из двух неравноправных частей. Одна часть соответствует окружающей реальности и может быть названа «рациональной культурой», а другая полностью надумана, ничему реальному не соответствует и поэтому может быть названа «культурой неадекватности» ([2-1] Термин «культура неадекватности» был введен автором в книге «Странная цивилизация», М., АСТ-Астрель, 2006).

«Рациональная культура» и «Культура неадекватности»

Очевидно, что культура, т.е искусственная среда обитания, была создана в результате постепенного накопления результатов бесчисленного количества единичных конкретных действий или интеллектуальных обобщений, совершенных миллиардами людей за многие тысячелетия существования цивилизации. Стимулом любых действий и обобщений – вне зависимости от их масштабности или направленности, были приказы сознания, которым предшествовали более ли менее продолжительные размышления. Причем никакой направленности в этом процессе не было – все происходило достаточно хаотически и случайно. Сознание непроизвольно искало связь между явлениями внешнего мира, желаниями, намерениями, нуждами и своими приказами, но ввиду отсутствия каких-либо знаний о природе и себе самом, эти поиски выливались как правило, в фантастические выводы и утверждения. Постепенно это привело к тому, что сформировалось два класса представлений и соответствующих им предметов материальной культуры или идей. Одни соответствовали «рациональной культуре», а вторые «культуре неадекватности». «Рациональная культура» развивалась благодаря непосредственным нуждам людей и если бы она реально, в конкретных ощущениях, не выполняла своих функций по поддержанию и развитию жизни, то ее появление вообще бы исключалось. «Культура неадекватности» только казалась необходимой, потому что возникла благодаря фантастическим, неадекватным реальности представлениям о связи явлений, создавая иллюзию стабильности, справедливости, защищенности и надежд на сытую жизнь лишь в невежественном воображении, а не в реальном мире. Совсем коротко это разделение можно выразить словами: «рациональная культура» отражала то, что объективно существует в обществе и природе независимо от сознания людей, а «культура неадекватности» - то, что только приписывается обществу и природе воображением, но реально не существует. Причем к «культуре неадекватности» относятся не только мистические и сверхъестественные идеи, суеверия и предрассудки, или связанные с ними предметы материальной культуры, но также представления или институты, основа которых заведомо неадекватна реальности, держится только на безудержном словоблудии или откровенно иррациональна. Иногда это разделение культуры на две части осознавалось, вызывая к жизни появление софистов, скептиков, агностиков, приверженцев идей Вольтера, атеистов, да и просто здравомыслящих людей. Но кем бы они ни были, их всегда было абсолютное меньшинство. Наиболее сообразительные, но циничные люди, догадываясь о неоднородности культуры, пытались оправдать существование «культуры неадекватности» тем, что без сказок и манипуляции массовым сознанием не удастся поддерживать стабильность и видимость благополучия в растущей популяции животных, наделенных сознанием – людей, хотя такое предположение, как стало ясно, не выдерживает даже поверхностной критики. Как бы то ни было, но в результате традиционным стало рассмотрение культуры как многостороннего, но единого феномена. Это послужило причиной откровенно нелепой структуры общества, породив явно иррациональные организации и институты вроде политики, существующей экономики, религии и церкви, привело к невероятному разбазариванию и омертвлению ресурсов человечества, выходящему за пределы воображения числу бесмыссленных жертв, множественности «равноправных» мировоззрений на единственный известный мир, только еще больше отупляя людей, лже и квазинауку, словоблудие и наукообразный барабанный словесный треп, выдаваемые за изучение общества и природы, узаконило представление о мышлении, как о некой незыблемой и самодостаточной структуре, в стихийное формирование которой никто не имеет права вмешиваться, и т.д. Фактически, «культура неадекватности» – вопреки здравому смыслу и в условиях стремительно растущего и все менее управляемого человечества – стала все в большей степени определять будущее цивилизации, ведя ее к фатальной развязке. Бесполезны любые реконструкции начальных процессов, объясняющих становление этого феномена, выяснение с чего все начиналось и как этот феномен стал довлеющим, потому что и то, и другое, и третье навсегда останется бездоказательным, - ведь никаких следов процессов, происходивших в головах наших предков, не сохранилось. Однако очевидно, что решающую роль всегда играли невежество, корысть и эгоизм, т.е., в конечном счете, удручающе низкое качество массового мышления. Поэтому без предварительного сознательного и направленного подъема уровня массового мышления нейтрализация рокового влияния «культуры неадекватности» невозможна.

Метания

Каждый человек воспринимает себя и мир только после своего рождения, безотчетно полагая свое сознание и понимание истинными, потому что все его чувства индивидуальны и единственны, и сравнивать ему их не с чем, кроме своего же сознания в предшествующие моменты времени. Все, что он видит вокруг себя, ему также кажется единственно возможным, существовавшим именно в таком виде всегда, хотя что-то появилось лишь за час до его рождения, а что-то миллион лет назад. А значит и конструкция, и состояние общества, которые он застал при рождении – для него абсолютны и вечны очень продолжительное время. Для многих - всю жизнь. Хотя, в действительности человеческое общество непрерывно развивается и изменяется, но не следуя какому-то плану или закономерностям, а совершенно хаотически и случайно. Детали в данном случае – не существенны. Поэтому лишь изредка кое-кто недоуменно задавал себе вопрос о возможности каких-то альтернатив, других способов организации общества и другого стиля взаимоотношения людей. Именно такие недоумения становились стимулом движения вперед и изобретения чего-то ранее не существовавшего, выливаясь в утопические проекты, реформы, перевороты, бунты, восстания, революции, смены формаций, хозяйственных парадигм, технические изобретения, способы использования природных явлений и т.д. «Недоумение – путь к знанию» - писал Ортега-и-Гассет. История знает и многих подвижников, пожертвовавших состоянием, молодостью, личным благополучием, семейной и спокойной жизнью и даже принесших себя в жертву в прямом смысле! Они пытались добиться цели разными способами: то уничтожением несогласных и угрозами, то утопическими призывами, то внедрением просвещения, то примерами собственной жертвенности, благочестивости, аскетического образа жизни и т.д., но все напрасно. Никакие педагогические, «духовно-нравственные», политические или технологические инновации, как и меры по «экономическому подъему», силовому «востановлению справедливости», «свержению диктаторов» или следование принципу: «все взять и поделить» - к желаемым результатам не приводили. Люди лишь каждый раз убеждались, что очередная панацея не помогла и жизнь по существу мало изменилась: оставалась необходимой борьба за выживание, а противоречия между сообществами и несправедливости только усиливались. Все – в лучшем случае -сводилось к тому, что просто меняли «худшего царя на плохого»! Как бы там ни было, но все без исключения существующие и существовавшие теории, модели и практические шаги, направленные на то, чтобы сделать жизнь в обществе приемлемой для всех его членов, заканчивались провалом или разочарованием. Просто потому, что стимулы и мотивы массового поведения за тысячелетия остались без изменений: ведущая роль принадлежит инстинктам, животному эгоизму и предрассудкам. Это в целом не противоречит доминирующей роли мышления в поведении человека, т.к. и инстинкты, и эгоизм, и предрассудки были осознаваемыми, но считались правомерными, даже отдаленно не будучи таковыми, и порождая то, что ниже будет названо «мифическими аксиомами»! Они лишь все более искусно прикрываются флером внешней цивилизованности, и если раньше, чтобы отнять добычу достаточно было иметь увесистую дубину в качестве первого и последнего аргумента, то сейчас делается по сути тоже самое, но с соблюдением «наработанного веками» ритуала, в котором важное место уделяется соблюдению «самобытных традиций», юридических норм и «добровольности» жертвы. Поэтому общественный «прогресс» свелся только к тому, что люди почти перестали проявлять гастрономический интерес друг к другу и изменилось внешнее поведение людей, как будто все дружно и довольно успешно закончили курсы актерского лицедейства! Результат при неизменных стимулах, разумеется, тот же самый, что и в дремучей древности: один лопается от обжорства, а другой подыхает с голоду. Но из бесплодности и безрезультативности обещаний и попыток что-то радикально и устойчиво улучшить делается один и тот же, тоскливый до зубной боли, банальный вывод о неискоренимой порочности человека, непознаваемости окружающего мира, и о том, что неопределенное «добро» обречено на вечную борьбу с не менее неопределенным «злом». Многие сотни предшествующих поколений невольно были принесены в жертву сегодняшним технологическим возможностям цивилизации, и теперь она уже способна обеспечить достойный уровень жизни каждому жителю Земли. Но число тех, кто действительно достиг этого уровня, - лишь порядка 10 процентов от всего земного населения, что ненамногим больше той части, которую можно было считать благополучно устроенной и в предшествующую пару тысячелетий, потому что им, как и ныне, удавалось присваивать в том или ином виде созданное другими. Так что по сути действительно мало что изменилось, а, следовательно, не изменятся ни сами попытки восстановить справедливость, ни методы. Ситуация становится все более угрожающей и способной скатиться в состояние неуправляемого хаоса. Вчерашний шторм сегодня может приобрести характер разрушительного цунами, сметающего все на своем пути, потому что по Земле начнут бродить миллиарды поуграмотных, полуголодных, тупых, до предела обозленных, но разумных хищников. Трудно предсказать когда это может произойти: завтра или через сто лет, но если произойдет, то процесс стремительно станет лавинообразным, неуправляемым и катастрофическим. Так стоит ли ждать и надеяться, что как-нибудь пронесет, не попытавшись разобраться в коренной причине этого состояния, которая, как считает автор, лежит на поверхности – примитивности и неадекватности массового мышления, которое продолжает считать себя совершенным. Этот вывод следует не только из оценки реалий цивилизации, в основном настолько нелепых, что они заставляют усомниться даже в зачатках разумности создавших ее людей, но и из анализа наблюдаемых свойств мышления, в объективном существовании которых большинство людей не отдает себе отчета. Обоснованию этих утверждений и посвящена первая часть книги, для чего последовательно рассматриваются взгляды на происхождении жизни и разума, функции жизни, как явления природы, и объективные ограничения разумности, которые обычно не принимаются во внимание. Во второй и последующих частях обсуждается гипотезы об устройстве и принципе разумности, достоверно известном прошлом и настоящем цивилизации, а также рассматривается вопрос о возможности быстрого и бескровного выхода из системного кризиса и построения на Земле действительно гармоничного человеческого общества.

Самомнение разумности

Цивилизация возникла как побочный эффект появившейся разумности. Кроме разумности в природе нет и никогда не было иных стимулов поведения человека по созданию чего-либо, ранее не существовавшего. Тоже самое, несомненно, будет и в будущем. Но сама разумность появилась совсем не для этого, став совершенно излишним довеском с точки зрения самого феномена жизни. Она ничего не добавила к органам и системам, которые уже существовали и блестяще справлялись с выполнением основной функции живого организма – саморепликации (или, как принято говорить, размножения). Потому что для успешной саморепликации разумность, как осознание себя и окружающей природы - совершенно не нужна! Достаточно существования системы, позволяющей животному «изобретать» незапрограммированные в интинктах линии поведения, образно говоря, «предразумности», названной в тексте предсознанием, потому что работа этой системы не осознается. Т.е. появление разумности, а вместе с ней и цивилизации – стали просто «недоразумением природы»! [3] Таким же недоразумением и излишеством, каким может быть шестой палец на руке или вторая голова у пресмыкающегося. Но однажды возникнув, разумность постепенно стала самым сильным стимулом поведения, определяя все поступки человека: любые взлеты и падения, заблуждения и прозрения, тупики и прорывы, ожидания и надежды, формирующие среду обитания и общество, т.е. любые состояния цивилизации во все эпохи были определены конкретными и осознаваемыми поступками. «Природное недоразумение» стало единственным и мощнейшим двигателем истории. Если отбросить подозрения в сознательной злонамеренности и каком-то заговоре против человечества, останется единственное предположение, объясняющее состояние общества: приказы мышления, касающиеся организации общественной жизни, всегда оказывались ошибочными. Но в общественных проблемах не может быть ничего мистического или принципиально недоступного для понимания! Значит что-то не в порядке с самим мышлением! Поэтому анализу истинных причин нынешнего состояния общества, и всем разговорам о прошлом, настоящем и будущем цивилизации должен предшествовать анализ свойств разумности. Судить можно лишь по косвенным данным, т.к., увы, неизвестно как анатомически устроена разумность и на каких основана принципах. Остается только анализировать проявления разумности, условия формирования разумности, обобщая характерные и повторяющиеся свойства, и критически оценивая многие общепринятые интерпретации. Правда, сделана попытка пофантазировать на тему механизма и принципа разумности, в тайной надежде, что некоторые соображения покажутся экспериментаторам в чем-то резонными.

А пока проявляется какое-то поразительное самомнение разумности, которое выражается в том, что разумность априорно считается самодостаточной, ни от чего не зависящей и всегда способной на объективный и исчерпывающе правильный анализ общественной ситуации! Вслух человек иногда и может признавать ограниченность своего понимания общественных и природных явлений, объясняя это недостатком информированности, но не ограниченностью своей способности к самосознанию и мышлению в целом! [4] Это состояние вполне может быть уподоблено гипнозу, точнее самогипнозу, когда мышление само себе приписывает свойства, которыми объективно не обладает. Но, судя по плачевным результатам, такое убеждение ничем не отличается от внутренней убежденности какого-нибудь дистрофика в том, что он – если захочет, станет чемпионом мира по тяжелой атлетике, хотя ничего тяжелее суповой ложки в жизни ему поднимать не приходилось!

«Гантели для разумности»

Самосознание и мышление, при всей их невообразимой сложности устройства и загадочности принципа, являются проявлениями физических и биохимических процессов в одной из систем организма. И если все остальные системы и проявления – все без исключения! – можно так или иначе формировать с рождения, то ниоткуда не следует, что мышление должно занимать особое положение. Очевидно, что способы формирования различных систем организма, возможностей, умений и т.д. будут отличаться друг от друга. Например, физическую силу нельзя формировать также, как наблюдательность, и поэтому сосредоточенное созерцание гантелей, гирь и тяжелоатлетических штанг не сделает человека физически сильнее. Кроме того, если, например, тренировка мышц с помощью гантелей может привести к тому, что они приобретут способность поднимать в два раза больший вес, то под формированием мышления нельзя понимать нечто аналогичное: приобретение способности умножать в уме двузначные цифры в дополнение к однозначным! Это наименьшая из способностей, связанных с мышлением. Поэтому тем более не очевидно, что нужно использовать в качестве «гантелей для разумности». Однако наблюдения заставляют придти к выводу, что сформированность мышления, т.е. степень его возможностей и адекватности в основном определяются базовыми представлениями, которые специально или невольно внушаются человеку уже в первые несколько десятков месяцев после рождения. Они как бы формируют каркас будущего мышления, и если этот каркас образован неадекватными базовыми представлениями, то расчитывать в дальнейшем на формирование полноценного мышления нельзя. Причем, чем более неадекватных базовых представлений придерживается человек, тем более порочными оказываются общественно-значимые решения. Параллелью может быть взгляд на мышление современного человека, как на общую инструкцию сложнейшего конструктора, роль деталей которого будут выполнять понятия и знания, а крепежных элементов - базовые представления. Если базовые представления рациональны и адекватны внешнему миру, т.е. «крепеж» надежен и универсален – решения-конструкции бесконечно разнообразны и эффективны, но если базовые представления иррациональны и неадекватны природе - «крепеж неработоспособен», то и принимаемые мышлением решения не выдержат даже кратковременной проверки временем и практикой, или сразу приведут к катастрофе. Таким образом, главным в формировании мышления является привитие только адекватных и рациональных базовых представлений в первые годы жизни. Не сомневаюсь, что на этом месте, даже согласившись с автором, читатель удовлетворенно подумает, что «уж у меня-то с базовыми представлениями все в порядке!» Вынужден огорчить: с почти сто процентной вероятностью – «не в порядке»! Как «не в порядке» у практически всех учителей и руководителей человечества, какими бы властными полномочиями, профессиями, жизненными опытами, залысинами, глубокомыслием, учеными степенями или академическими званиями они ни обладали! Потому что мышление практически всех людей наверняка формировалось в детстве сходными неадекватными базовыми представлениями! Это утверждение вызывает очевидный и закономерный вопрос: почему базовые представления, если они неадекватны, а их применение неэффективно, не могут быть изменены доводами логики? Слова «не могут быть изменены» означают, что человек не способен искренне считать их абсурдными и сознательно исключить из своего мышления, а не просто вслух выразить лицемерное согласие под давлением обстоятельств и временно изменить внешнее поведение. Ответ на этот вопрос станет ясным из параллели с ...наркозависимостью. Наркотики быстро меняют «химию» организма, т.е. вызывают появление химических соединений, которые, при отсутствии компенсирующего влияния наркотических веществ – очередной дозы, вызывают непереносимые физические мучения - так называемую ломку, в силу чего и возникает наркозависимость. Поэтому, хотя наркоман осознает и вслух признает все последствия наркозависимости, отказаться от наркотика он не может. По аналогии можно предположить, что базовые представления, внушаемые в детстве, приводят к образованию в механизме мышления устойчивых физико-химических связей. Если человек вынужден совершать поступки, направленные на разрушение этих связей, т.е. противоречащие его базовым представлениям, это вызывает острый психологический дискомфорт -подлинную «психологическую ломку»! Наркотическая ломка может вынудить наркомана пойти на преступление в попытке добыть наркотик, но эти преступления не идут ни в какое сравнение с поступками людей, испытывающими «психологическую ломку». По этой же причине подавляющее большинство людей не в состоянии допустить даже малейшую вероятность того, что их базовые представления могут быть ложными, в отличие от способности наркомана признать наркозависимость. А, следовательно, большинство людей неспособно признать и неадекватность своих суждений, основанных на этих базовых представлениях, несмотря на их неэффективность и внутреннюю противоречивость. Поэтому доводы логики, объяснения и примеры оказываются бессильными – нельзя словами изменить уже сформировавшуюся «химию» механизма мышления убеждаемого. Одни – и таких большинство! - даже не поняв о чем идет речь, просто агрессивно продемонстрируют уязвленное самолюбие, вызванное сомнениями в их личной способности к адекватному мышлению, другие попытаются оправдываться, ограничиваясь набором банальностей и стереотипов! Единственное, что доступно -это заставить человека вести себя иначе, чем диктует ему запрограммированное мышление, но сделать это можно только силой или страхом. Однако «биохимия мышления» настолько определяет поведение, что даже такое давление далеко не всегда оказывается действенным, о чем свидетельствует готовность пойти на самоуничтожение по приказу уже запрограммированного мышления. Примером могут быть староверы, камикадзе, террористы-самоубийцы, идейные борцы, военнослужащие и т.д. Внешне это может выглядеть, как добровольное следование продуманному убеждению, преданности родине, выполнение призыва единомышленника или воинского долга, но сути это не меняет, потому что и то, и другое, и третье возможно только потому, что жесткая программа, записанная в мышлении, диктует такую линию поведения. Предположение об образовании устойчивых физико-химических связей представляется логичным и потому, что все ощущения и то, что люди называют сознанием, является лишь отражением биохимических процессов в сложнейшем природном устройстве, которое называется «человек» [5]. Как и в любом устройстве, протекание этих процессов подвержено некоторому разбросу, вариациям, влияниям, временной динамике и ограничениям, не меняя их сути. Из всего сказанного вытекает, что наивно считать уже сформировавшееся мышление некоторой свободной структурой, которая может принять любую новую форму и, соответственно, изменить поведение. Таким образом, и свобода воли – свобода выбора, которой якобы обладает мышление – в значительной степени миф, т.к. она ограничена той формой, которую приняло сформировавшееся мышление [6]. Все дальнейшие соображения, приведенные в книге, будут основаны именно на этих соображениях.

Как распутать клубок?

Так что же делать человечеству, вовлеченному в это вечное и неосознаваемое «броуновское движение» биофизических и биохимических процессов? Как осознать, что отсчет в состоянии общества надо вести не от того что реально существует вследствие стихийного развития человеческого мышления, а от того, что должно быть! При всем разбросе существующих представлений о том, как «должно быть» и разнообразии смыслов, вкладываемых людьми в слово «гармония», никто не будет отрицать, что в самом общем виде любой человек согласиться, что на Земле должна быть гармоничная человеческая цивилизация и безусловное отсутствие борьбы за физическое выживание. Поэтому, для того, чтобы этот клубок распутать, надо, прежде всего, осознать его существование, а существующее мышление на это принципиально не способно! Попытки «распутать клубок» - помимо всяких общественных реформ и переворотов - проявляются лишь в каких-то несусветных выдумках о сущности человека и чувстве обреченности на жизнь в сложившейся ситуации, хотя их коренная причина - ложные базовые представления, ниже названные «мифическими аксиомами», не осознаются! Для человека, уже сформированного в ложных базовых представлениях, их осознание принципиально невозможно, потому что упирается в парадоксальное противоречие: осознание влияния ложных базовых представлений на мышление реально, ...если они не стали частью «физиологии мышления». Т.е. парадоксальность ситуации подобна той, когда перелом руки можно вылечить, если рука ...не сломана!

Тем не менее, некоторые идеи о бескровном и достаточно быстром разрешении человечеством этого парадокса представлены в части «Формирование полноценного мышления». Эти идеи основаны на естественном предположении, что появление сложного явления в законченном виде в результате некоторого скачка, практически из ничего, сверхмаловероятно и вполне может быть уподоблено чуду, а в науке заведомо исключается всякая мистика и возможность сверхъестественных явлений. Логичнее предположить, что разумность – динамическая структура, которой, при всей непостижимости, должны быть свойственны как более примитивные, так и более сложные состояния. Другими словами, у разумности, как и у всех других органов, должна быть своя история развития и, возможно, оно должно стать гораздо более совершенным, чем ныне, чтобы отношения людей на Земле стали действительно гармоничными. Поэтому предшествующие более простые состояния обязательны. Принцип мысленного сведения реально наблюдаемой сложной системы или явления к предшествующим более простым состояниям и структурам, принято называть редукционизмом (от слова «редуктор» - устройство для уменьшения числа оборотов). Все теории эволюции, в том числе теория эволюции жизни и разума, по сути являются попытками представить тот последовательный ряд более простых предшествующих состояний, из которых развились современные формы жизни и разумности, т.е. редукционизмом. Но как их реконструировать, располагая лишь результатом этой сверхдлинной цепи природных, но неизвестных причинно-следственных связей? Без сомнения, обязательным этапом на этом пути является тщательнейшее изучение свойств реально существующего мышления. Только так можно пытаться понять, благодаря каким процессам и связям могло появиться то, что ныне существует. Это же позволит и управлять этими явлениями, и видоизменять их в желаемых направлениях.

Попытка редукционизма

Редукционизм в отношении явления жизни основан на ведущей функции живого существа – стремлении к саморепликации. Возможно, это не столь и ново, но складывается впечатление, что понимание этой единственной функции жизни тонет во второстепенных деталях, а ее забвение или непонимание приводит к совершенно нелепым интерпретациям вполне добросовестных исследователей, которые то и дело скатываются в примитивизм креационизма и даже не видят этого! В отношении разумности не удалось найти ни одной работы, где разумность бы рассматривалась также с точки зрения редукционизма, т.е. постепенности усложнения! Редукционизм разумности подменяется знаниевым редукционизмом, т.е. количеством открываемой, сообщаемой и заучиваемой информации, постепенным уточнением и усложнением знаний о конкретных природных явлениях, но сама разумность рассматривается как некая абсолютная данность, возникшая неизвестно откуда, но уже в законченном виде, и поэтому не нуждающаяся в совершенствовании. Это также невероятно, как если бы считать, что операционная система компьютера была создана в законченном виде раз и навсегда, а постепенно усложняются только конкретные программы! Но любому мало-мальски грамотному человеку известно, что это не так. Операционные системы, с точки зрения сегодняшнего дня, сначала были довольно примитивными и за прошедшие два десятка лет массового распространения компьютеров непрерывно усложнялись, чтобы быть способными «переваривать» все усложняющиеся программы, многие из которых уже просто несовместимы с устаревшими операционными системами. Старые операционные системы современные программы просто не «понимают»! А основная составляющая разумности, мышление – операционная система человека, считается чем-то абсолютным, т.е. таким же безоговорочно пригодным для переработки любой информации-программ и ныне, и всегда в будущем, как и тысячи лет назад! О том, что это не так – помимо общих соображений – свидетельствуют, как писалось, дикости, противоречия, несуразности и несправедливости цивилизации, которая такова именно из-за несформированности полноценного мышления. Поэтому в книге сделаны предположения о тех процессах и явлениях, которые приводили к постепенному усложнению «устройства» механизма разумности и в этой связи о возможности приобретения способности к оперированию все более адекватными и абстрактными понятиями. На основании многочисленных косвенных, но логически непротиворечивых данных, обобщениях и наблюдениях выдвинута гипотеза об уровневой структуре разумности и существовании предсознания, из которого развилось сознание, а затем и мышление, которое поэтому можно направленно формировать в течение первых лет жизни. Затем мышление каждого человека лишь перерабатывает новую информацию, естественно, количественно обогащаясь в течение жизни, но на неизменной основе уже существующих базовых представлений. Поэтому намерение разрешить противоречия между социумами и измененить характер межчеловеческих отношений - безнадежны без предварительного изменения базовых представлений. Следовательно, внимательное и беспристрастное обобщение условий формирования сознания и мышления и его свойств, способны помочь выработать тактику формирования полноценного мышления даже при неизвестном механизме. А это значит повлиять на вид и состояние цивилизации, созданной только благодаря разумности.

Мнения

Значительные помехи формированию адекватных базовых представлений на стадии их становления могут оказать ...мнения! «Право на мнение» понимается не как право доказывать, узнавать, изучать, сомневаться и разбираться, а лишь придерживаться или декларировать вслух любую свою точку зрения, нисколько не задумываясь о ее обоснованности и адекватности. Высказанным мнением фактически заявляется - чуть ли не с гордостью - о своей приверженности к иррациональности, стереотипам, невежеству и неспособности воспринимать аргументы «против», объясняющие почему «мнение» может быть абсурдным, иррациональным или реакционным. Более того, ныне фраза, что «каждый имеет право на собственное мнение» стала чуть ли не признаком хорошего тона! Одной из причин этого является то, что разные «собственные мнения» резонно рассматриваются, как способ «выпустить пар», а хаос мнений лучше рукопашной! Однако в целом последствия для цивилизации и отдельных социумов «свободы мненимй» оказались резко негативными. Формой проявления «собственных мнений» стало то, что всерьез обсуждают политики, «научные» гуманитарии, и какие «проблемы» пытаются решить. Создается впечатление, что они не способны понять, что является причиной, а что следствием. А иногда дело ограничивается бесмыссленным выяснением последствий заведомо иррациональных представлений, но сами иррациональные базовые представления остаются табу для обсуждения. В итоге высшим классом дипломатии становится поиск компромиссов и попытки на этой основе примирить враждующие стороны, что, естественно, практически никогда не удается, лишь иногда и временно оттягивая развязку! Поэтому обменом «мнениями» люди не ограничиваются, все чаще переходя все к той же рукопашной, и никакие «духовно-нравственные» заламывания рук и умиротворяющие призывы к терпимости существующую ситуацию не меняют ни на йоту. Древнегреческий философ Парменид, основатель элийской школы, еще 2500 лет назад «резко отделил мир истины от мира мнений, господствующего не в сфере науки, но в сфере ее бытования в обществе, а также в сферах религии, политики и т.д» [7]. Равноправие «разных мнений» стало лишь внешним проявлением вала неадекватных базовых представлений, захлестывающих общество, полной неразберихи в головах и массового невежества. Прорвавшиеся наружу «собственные мнения» только обострили противоречия и общий кризис цивилизации, став ярчайшей демострацией не только примитивности и разнородности массового мышления, разрывающих человечество, но и невозможности реального равноправия. Пока свое отчаяние от неудач что-то перестроить, люди пытаются отразить в произведениях искусства и литературы, смакуя душераздирающие истории о неустроенности и неудовлетворенности жизнью, копаясь в противоречивых желаниях, возвышенных или низменных устремлениях или иррациональных исканиях - от древних сказителей, до Кафки, Достоевского и Толстого. Представлен весь спектр ситуаций, но все об одном и том же: от романтических героев Фукидида и Ромео и Джульетт разных эпох, до всяких Наполеонов, Бисмарков, Рибентроппов-Молотовых и Хуссейнов, думавших только о том, как бы затолкать под свое седалище еще один кусок земной суши со всем населением, полезными ископаемыми и сельхозугодьями. Современные политики, геополитики, политтехнологи, экономисты и аналитики наперебой «оценивают, анализируют и прогнозируют» эту обстановку, продолжая громоздить «мнения на мнения», исходя из старых и давно замшелых представлений и цитируя выгодные им куски из трудов философов, политиков-«мыслителей» и аналитиков-предшественников всех времен и народов, списывая у классиков и друг у друга наиболее громоздкие, бессмысленные и наукообразные куски, внося в «анализ» посильную долю собственной иррациональности, невежества, наукообразия и зауми. Результат правомерен: вместо формирования полноценного мышления - взаимная и только усиливающаяся враждебность, выливающаяся в бесчисленное множество взаимонепониманий и столкновений, противоречия лишь загоняются внутрь, а стабильность поддерживается манипулицией сознанием, становящейся зомбированием, страхом и силой, определяя облик современной цивилизации.

Одновариантность полноценного мышления

Если под «мышлением» понимать способность к обработке информации, а не механическое накопление самой информации, то выражение «полноценное мышление» становится интуитивно понятным. Это некоторая высшая и адекватная способность к обработке самой разнообразной информации, которую можно направленно сформировать у человека. Можно провести условную параллель с мельницей-дробилкой: обычное мышление подобно мельнице, способной обеспечить только грубое дробление на крупные фрагменты, а полноценное мышление подобно мельнице-дробилке, способной максимально измельчить «породу». Таким образом, «полноценное мышление характеризуется рациональной, связной, единой, адекватной физическому миру и целям людей основой, непредвзятым анализом достоверных причин складывающихся ситуаций, рассмотрением явлений, как звеньев в цепи рациональных причинно-следственных связей, критическим отношением к стереотипам мышления и поведения, способностью к глубокому абстрагированию, сложным ассоциативным связям, индивидуальным разнообразием, сознанием необходимости только альтруизма и гуманизма во взаимоотношениях, стремлением к творческой деятельности и самореализации, лишенным мифической аксиоматики (см. в части 4) и предполагает целью развития общества создание единой и гармоничной цивилизации, все члены которой были бы избавлены от необходимости борьбы за выживание». Конкретные проявления этих качеств возможны в бесконечном количестве сочетаний, служа гарантией того, что люди с полноценным мышлением никогда не будут стереотипно однообразны и скучны друг другу. Но в данном случае надо особенно обратить внимание на слова: «полноценное мышление характеризуется рациональной, связной, единой, адекватной физическому миру и целям людей основой...». При хаотическом формировании мышления появление этой способности естественным образом – маловероятно: требуется уникальное стечение жизненных обстоятельств. Это значит, что при всем индивидуальном разнообразии представлений, основа полноценного мышления у всех людей может быть только одновариантной! Т.е. базовые представления, усваиваемые в первые годы жизни, у всех людей должны быть одинаково адекватными, а это значит и единственно возможными. И все остальные качества мышления, какими бы индивидуальными подходами они ни отличались, должны покоиться только на этом, одинаковом для всех людей фундаменте, потому что основа может быть только «рациональной, связной, единой, адекватной физическому миру и целям людей». Одновариантность основ и бесконечное разнообразие полноценных мышлений можно уподобить дереву, с огромной кроной, в которой невозможно найти двух тождественных листьев или веток, но у них только один ствол и только одна корневая система, снабжающая одинаковыми питательными веществами любую часть кроны. Точно также, на одном фундаменте можно построить разные дома с неповторяющейся архитектурой, а совместимость результатов бесконечного числа умножаемых чисел возможна только если всегда используется одна и та же таблица умножения. Параллелью может служить и многообразие выводов и приложений науки, которые покоятся на одних и тех же универсальных законах природы! Поэтому одновариантность основ прекрасно совмещается с индивидуальностью и бесконечным разнообразием.

Роботоподобное единообразие?

Тем не менее, иногда звучит опасение, что формирование полноценного мышления, основанного на усвоении только адекватных и рациональных базовых представлений, и только на достоверно установленных фактах действительности, породит роботоподобное единообразие людей и оскопление мышления. Полезно разобраться в чем видится проблема, какие бы параллели ни приводились.

Прежде всего отметим, что это «опасение» исходит от людей, чье собственное мышление жестко запрограммированно, иррационально, а, следовательно, и роботообразно. Однако самомнение их разумности столь велико, что они позволяют себе считать свой набор трафаретных реакций, обуревающий их хаос иррациональных мнений, примитивных желаний и неконтролируемых эмоций -свободным мышлением! Именно с этим набором они и сравнивают полноценное мышление, совершенно не понимая его сути, а желание привести все это в порядок и сделать мозг способным к самоконтролю называют оскоплением мышления! Очевидно, что полноценное мышление не только не ограничивает знания любых фактов, а напротив - предполагает самое широкое распространение рациональных знаний об окружающем мире - от недр Земли до вселенной, их истории, настоящем и будущем, разнообразии видов живого, окружающей природе, о любых достоверно известных событиях и т.д. Точно также полноценное мышление относится к законам природы, свойствам материи и вообще, к любому производственному, познавательному или творческому процессу, независимо от его мотивации. Это все «факты», которые без всякого труда останутся или станут достоянием полноценного мышления и беспокоиться за них не стоит.

- Тогда что же еще может иметься ввиду?