Эй-Ай: не развиваешь навыки – не торгуешь

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Эй-Ай: не развиваешь навыки – не торгуешь

Во время проведения нашего последнего курса обучения, двух трейдеров попросили уйти еще до того, как они приступили к реальной торговле (можете представить себе человека, который позволит выгнать себя с работы на пятой неделе, из-за которой убиваются тысячи?). Одного из этих трейдеров попросили уйти, потому что он отказывался работать. Начнем с того, что он часто опаздывал. В такой конкурентной среде, как наша, это большой минус. В прошлом он был ипотечным брокером и в течение трех лет имел лучшие показатели работы в своей фирме. У него были прекрасные оценки по математике и диплом колледжа штата, в котором он родился и вырос. В его резюме можно было прочитать – «В высшей степени обучаем, стремлюсь к работе в условиях коллегиальной среды, где происходит постоянный обмен идеями в командно-ориентированной структуре деловых отношений. Обладаю прекрасными познаниями в математике. Мои ожидания достаточно реалистичны, и я готов к полной отдаче». Хорошо изложено, по крайней мере, на бумаге.

Я назову его Эй-Ай (АГ), в честь звезды НБА Аллена Айверсона, заявившего в одном из интервью, что тренировки не являются для него приоритетом. Эй-Ай редко обращался к старшим трейдерам и к партнерам с вопросами. При просмотре видеороликов, вид у него был совершенно отсутствующий (до начала реальной торговли мы просматриваем вашу работу, что позволяет понять, насколько внимательно вы слушали). Ужасное состояние демо-счета, служит знаком отсутствия внимания. Если анализ сделок по демо-счету выявляет вашу склонность к удваиванию убыточных позиций, вы не слушали. Если вы торгуете слишком большим числом акций то, опять, вы не слушали. Если вы работаете не с теми акциями, с которыми следует, значит, вы не готовитесь должным образом к сессии. Ваши результаты не лгут, они являются объективным мерилом усилий, затраченных вами в продолжение курса обучения.

Три трейдера, не сговариваясь между собой, выразили в беседе со мной озабоченность работой Эй-Ай. Я поручил присмотреть за ним Чарли

– трейдеру, которого уважаю. Вскоре Чарли сообщил, что поведение его подопечного плохое. Я посоветовал Чарли быть более точным в описаниях. В то же время, собранной информации было достаточно для того, чтобы поделиться ею с Эй-Ай во время беседы, с глазу на глаз. Я предупредил его: все, что мне стало известно о его работе, заставляет скептически отнестись к перспективе его карьеры в трейдинге. Я предложил для Эй-Ай еще одну возможность улучшить работу, назначив ему недельный испытательный срок. Если в течение этого времени результат демо-торговли не улучшится, он не будет допущен к реальному счету.

С помощью причудливых логических построений Эй-Ай пытался объяснить, что на реальном счету, он будет работать много лучше, чем на учебном. По его словам, чувство ответственности за настоящие, а не условные деньги, поможет его концентрации. Он сообщил, что и в школе не считался примерным учеником, поэтому ему было нелегко сосредоточиться во время лекционных занятий и просмотра видеороликов (мне уже тогда следовало избавиться от него). Эй-Ай старался изо всех сил уговорить меня позволить ему торговать на реальном счете. Неужели он и вправду думал, что, оправдывая свою невнимательность тем, что и в школе был плохим учеником, можно заставить меня сдаться и открыть ему доступ к нашим деньгам? Он не может собраться во время лекции? Как же ему тогда удастся сконцентрироваться при торговле реальными деньгами фирмы? Первый документ, получаемый трейдерами от нас, содержит детальное объяснение важности курса обучения. Правильно, Эй-Ай, я говорю об обучении. Мы полагаем, что работать с нашими деньгами вы будете столь же усердно, как и учиться этому делу. Мы открыто, говорим вам, что от того, насколько усердно вы занимаетесь, зависит результат 26-ого дня – первого дня вашей торговли на реальные деньги. Эй-Ай вероятно посчитал этот документ необязательным к исполнению.

Мне не слишком нравится заниматься предсказаниями судеб трейдеров-новичков. Это дело Стива. Я знаю, что те, кто хорошо работает сегодня, точно так же хорошо будут работать и через месяц. Что касается лентяев, я не собираюсь гадать, станут ли они выкладываться на работе. Судя по всему, Эй-Ай искренне верил, что после начала торговли на реальном счете, он сможет измениться. Однако, с какой стати менеджмент частной трейдинговой фирмы, должен поверить в намерение трейдера?

Хуже всего, что всем своим видом Эй-Ай, как бы говорил – «Я знаю, парни, с самого начала вы имели зуб на меня». О какой предвзятости он говорит? Никто не принуждал его опаздывать на работу. Никто не принуждал его не читать лекционных материалов и глупо выглядеть перед своими коллегами, не будучи в состоянии правильно ответить на простые вопросы. Как только ему могло взбрести в голову, что мы можем иметь на него зуб? Это было очень неприятно и приводило нас в замешательство.

Эй-Ай прошел сквозь сито отбора, ему было отдано предпочтение перед многими другими кандидатами. Как я уже писал, совсем непросто получить билет на поезд частной трейдинговой фирмы. Если вас пригласили, это значит, что вам удалось преодолеть множество препятствий и суметь понравиться фирме. Вы выдержали конкуренцию с сотнями, если не с тысячами других соискателей. Рабочее время партнеров достаточно дорого ценится. Им его хронически не хватает, а прикупить дополнительные часы не представляется возможным. Зачем мне тратить пять недель на обучение нового трейдера, если я не надеюсь извлечь финансовую выгоду из его успеха? Увольнение трейдера, в определенном смысле, является нашим поражением. Если я попрошу Эй-Ай покинуть компанию, значит, я понапрасну угробил время, которым мог распорядиться с большей пользой для себя, обучив кого-то другого, кто был бы готов работать. Всевышний свидетель, у меня более чем достаточно резюме для выбора кандидата. По мере того, как все больше людей узнают о нас и о нашей системе обучения, мы получаем все больше заявок. Поэтому я совершенно не расположен к бессмысленной трате своего времени.

Мы дали Эй-Ай шанс исправить свою работу, для этого ему была отведена одна неделя. Спустя несколько дней, несколько опытных трейдеров высказали озабоченность, как им казалось, несерьезным отношением Эй-Ай к анализу совершенных сделок. Когда в частной трейдинговой компании опытные трейдеры выражают сомнение в работе новичка, партнеры обязаны прислушаться к их мнению. Результаты Эй-Ай не улучшались. Как заправский репортер, я перепроверил информацию, поступавшую ко мне из разных источников. Затем состоялась беседа с Эй-Ай. Он, безусловно, ожидал услышать от меня приглашение начать торговлю на реальном счете. Я еще раз заявил о недопустимости подобного стиля работы. Эй-Ай слезно просил предоставить ему возможность показать всем нам, что с настоящими деньгами он будет обращаться совсем по-иному. Однако, я не мог позволить себе подобную безответственность.

Казалось, я разговариваю с каким-то существом с другой планеты. Трудно было поверить в происходящее. Вся наша бизнес-культура целиком и полностью основана на трудолюбии, полной самоотдаче и развитии профессиональных навыков. Мы непрестанно повторяем нашим трейдерам, что их результаты напрямую зависят от количества и качества работы, выполняемой до открытия биржевой сессии. А этот парень хотел торговать на реальные деньги, не удосужившись предварительно продемонстрировать необходимые для трейдинга навыки. Только не в нашей фирме!

Я сказал Эй-Ай, что ему лучше уйти. Он прошел у нас курс обучения, возможно, ему удастся устроиться на работу в другую компанию. Высокий экзаменационный балл по математике, будет хорошим подспорьем в этом. В нашей же компании ему ничего не светит. Эй-Ай опять начал нести чушь о предвзятом отношении к нему. Я ответил, что очень сожалею по поводу этих его мыслей. Он имел два месяца для того, чтобы показать нам, что он является одним из нас, у Эй-Ай ничего не вышло.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.