Секрет от самих себя

Секрет от самих себя

Большинству из нас не так повезло, как миссис Голдфилд. Не потому, что нам не довелось жить в доме стоимостью $48 миллионов, но потому, что мы не способны увидеть денежную историю, в рамках которой обитаем, в истинном свете или предпринять шаги к созданию новой, которая позволит нам чувствовать себя более счастливыми.

Для большинства из нас денежная история так и остается тайной. Проблема в том, что мы не можем исследовать то, чего не видим, а значит — не можем и изменить. Возможно, Сократ погорячился, говоря, что «нет смысла жить, не исследуя жизнь», однако мы вполне можем согласиться с тем, что, не исследуя жизнь, невозможно ее изменить.

Я знаю одного финансового консультанта, посвятившего своему делу четверть века. В течение многих лет работы он просил сотни своих клиентов подготовить простой отчет о доходах и расходах. Угадайте, какая доля клиентов за все эти годы предоставила ему отчет, правдиво и четко отражавший истинное положение вещей? Половина? Или четверть? Правильный ответ — ноль процентов. Ни один человек.

Именно так проявляется гипнотическая власть историй: умные, образованные и опытные в собственном представлении люди склонны прятать свои истории даже от самих себя.

Вот еще несколько распространенных примеров нашей игры в прятки с самими собой.

Отрицание. Мы не держим в голове суммы своих задолженностей по кредитам и помним только об отдельных значительных покупках, вследствие чего пребываем в неведении относительно точной суммы затрат. «Вещь, конечно, дорогая, но один раз я могу себе такое позволить», — утешаемся мы, не осознавая того, сколько аналогичных случаев происходило с нами в недавнем прошлом и сколько произойдет в ближайшем будущем.

Категоризация. Когда деньги приходят к нам неожиданно (например, мы получаем бонус или возврат излишне уплаченных налогов), мы тратим их не так, как наши сбережения: «Эти деньги, можно сказать, свалились с неба, так что эти траты не считаются, правда?»

Рационализация. Мы оправдываем для себя значительную покупку, разнося ее стоимость на длительный период времени: «Может показаться, что я потратил большую сумму на свою стереосистему, однако если распределить эту сумму на три года, то получится, что система обходится мне всего в шесть центов в день».

Уклонение. Мы продолжаем хранить акции, не растущие в цене и не приносящие дивидендов, невзирая на очевидную бессмысленность этого шага и рассчитывая на то, что они еще принесут нам деньги, хотя умом понимаем, что этого не случится. Или, зная, что не можем позволить себе покупку, все равно ее осуществляем, но не за наличные, а с помощью кредитной карты — нам кажется, что уплаченные деньги находятся «где-то там», а не взяты из нашего кармана. Зная, что необходимо срочно оплатить счет, мы спокойно пропускаем срок оплаты и ничего не предпринимаем по этому поводу. (Можно подумать, что, если мы будем продолжать в том же духе, наш долг исчезнет сам по себе!)

Сделки с самим собой. Мы балуем сами себя незапланированными покупками, при этом давая себе обещание «с понедельника» начать новую жизнь — в режиме строгой экономии.

Неверность себе. Строго определив цели, конкретные шаги и стратегии (например, размер ежемесячных сбережений), мы тут же нарушаем собственные планы.

Неповиновение. Спланировав бюджет, учитывающий наши важнейшие интересы, мы вдруг видим вещь, которую очень хотим купить, но цена которой превышает все возможные бюджетные ограничения. Мы встаем во весь рост и провозглашаем известный лозунг (носителями которого часто являются бамперы американских машин): подвергайте сомнению авторитет!22 Нам кажется, что мы придаем нашим действиям некий оттенок героического нонконформизма — тогда как на самом деле лишь безрассудно нарушаем четко продуманный план.