Коммунистическая опасность на пороге?

Коммунистическая опасность на пороге?

То, что коммунисты отстаивают самую реакционную, самую косную мировоззренческую систему в нынешней политической жизни России, не в силах отрицать даже идеологи ближайшего окружения Зюганова. От их лозунгов и взглядов на современный мир отдаёт нафталином начала ХХ века. При всех попытках выглядеть иными, осознавшими, что они потеряли связь с ходом русской истории и надо эту связь восстанавливать, им не удаётся скрыть своё эгоистическое равнодушие к судьбе русских в государстве и русской цивилизации в её историческом становлении. Сегодняшние коммунисты в политическом плане остаются тем же, чем они и были с самого зарождения в прошлом: а именно, безродной партией социал-феодальной реакции на прогрессивные буржуазно-капиталистические преобразования в стране. Социальная база их остаётся той же. С одной стороны, не сумевшие приспособиться к революционным изменениям, теряющие политическую перспективу кланы социал-феодальной бюрократии, получившей наименование номенклатуры. А с другой, - крестьянство с феодально-общинными воззрениями на мир и раскрестьяненный пролетариат в городах, превращающийся в люмпенов, опускающийся в мировосприятии до четвёртого вне общественного, вне социального сословия. И все они, коммунисты и их сторонники, являются людьми прошлого, напуганными неумолимо наступающим капиталистическим Рационализмом.

Если иметь представление о закономерностях развития процессов при буржуазной революции, политическое наступление коммунистов на позиции режима диктатуры коммерческого интереса, коммерческого капитала, который мёртвой хваткой держит за горло Россию, было предопределено, то есть в контексте борьбы классов отнюдь не ново в истории. Уже во времена Великой французской революции, при диктатуре коммерческого политического интереса, известного как правление Директории, - уже тогда проявилось с поучительной наглядностью схожее наступление сторонников якобинцев и радикальных идеологов плебса на политические позиции власти режима воров и грабителей, спекулянтов и ростовщиков.

Совершим же экскурс во Францию, какой она была  почти двести лет назад.

*

На третьем году правления Директории (напомним, что мы недавно тоже вступили в третий год существования схожего режима в России), а именно в мае 1797 года во Франции происходили выборы в обе палаты парламента. В результате выборов в обеих палатах оказались в большинстве реакционные партии ярых сторонников реставрации дореволюционных или имевших место вначале революции политических порядков, они вполне походили на наши партии коммунистов, “жириновцев” и прочих оголтелых противников царящего режима идейно обанкротившейся клики бездарных и беспринципных дельцов от политики. Выбор в президенты нижней палаты Пишегрю (читай наш Зюганов, но Пишегрю был героем, генералом, который разбил войска интервентов в важнейших сражениях, и первым был провозглашён Конвентом “Спасителем Отечества”; Зюганов рядом с ним предстал бы жалким позёром от политики), а в президенты верхней палаты Барбе-Марбуа, - откровенных противников Директории, - были провокационны. Оба руководителя палат не скрывали, что поддерживают требования открытого суда над Директорией, безжалостного наказания главных её деятелей за преступный развал страны.

Директория, которая представляла к этому периоду в чистом виде власть клики верхнего слоя бюрократии и крупнейших спекулянтов, казнокрадов и ростовщиков-банкиров, которые обогащались в годы революции не гнушаясь никакими средствами, - была напугана развитием событий. Очень быстро она осознала, что спасти её может только и только вмешательство преданных частей армии. Лидеры Директории начали судорожно искать, на кого опереться, и после колебаний обратились за помощью к самому популярному на тот момент генералу, а именно к Наполеону Бонапарту. Они призвали его прервать военные действия в Италии и незамедлительно привести свои части в столицу, втайне строя ему политическую ловушку. Наполеон, очевидно, догадался о ней и не стал сам заниматься полицейской операцией, которая могла подорвать его престиж в стране и среди военных. Он послал в Париж верные части во главе с генералом Ожеро. Не вдаваясь в подробности пропагандистской подготовки последовавших событий, отметим самое главное - пришедшие из Италии войска установили контроль над Парижем. После чего 18 фруктидора (4 сентября) под нестройные крики возмущавшихся депутатов о “власти закона” произвели чистку парламента. Тогда-то один из офицеров Ожеро и произнёс знаменитую фразу: " La loi c`est le sabre!” - “Сабля - вот подлинный закон!”

Большинство неугодных депутатов, в их числе и Пишегрю, были арестованы, лишь некоторые успели бежать из страны. В сорока девяти департаментах выборы были признаны недействительными, результаты аннулированы. При проведении перевыборов были предприняты все меры, которые позволяли пройти в парламент только угодным Директории кандидатам. Массово снимались с должностей подозреваемые в нелояльности режиму чиновники всех рангов, судьи, закрывались опасные на данный момент газеты и журналы.

Этот, по существу дела, политический переворот имел очень важные последствия для всей внутренней и внешней политики Франции. Самым главным следствием было то, что он дискредитировал режим Директории окончательно и бесповоротно. Если легитимность режима до этого и так казалась весьма шаткой, то после происшедших политических чисток всем, как врагам, так и сторонникам режима, стало очевидным, что он может сохранять власть в стране только посредством использования армии. С этого времени распад власти ускорился, приблизив государственный переворот, который сверг Директорию, заменив её Консулатом во главе с генералом Бонапартом, а Консулат стал началом французского варианта Национальной революции.

*

Таким образом, с точки зрения национал-демократа, знающего о существовании закономерностей исторического развития, надо делать следующий вывод. Если реакционным силам в России удастся одержать победу на выборах, их ждёт схожее развитие событий, которое приблизит Национальную революцию! А потому коммунистическое наступление в стране на данном этапе должно быть поддержано самыми здоровыми и авангардными силами среди русских националистов.

Не следует заблуждаться, коммунистическое наступление обречено на полный провал. Коммунизм в России приблизился к своему третьему инфаркту, и его окончательное политическое поражение, которое произойдёт так или иначе, станет одновременно поражением последних мифов интернационализма. И инородцы это чувствуют, - отнюдь недаром кавказцы и прочие так бросились под красные знамёна. Посему: пусть побеждают коммунисты, если смогут! Пусть они дискредитируют себя, покажут полную неспособность изменить ход исторических событий или будут раздавлены теми силами, которые стоят за нынешним режимом.

8 нояб. 1995г.