Распределение национального дохода.

Распределение национального дохода.

Каждому способу производства соответствуют исторически определённые формы распределения. Распределение национального дохода при капитализме определяется тем, что собственность на средства производства сосредоточена в руках капиталистов и помещиков, эксплуатирующих пролетариат и крестьянство. Вследствие этого распределение национального дохода происходит не в интересах трудящихся, а в интересах эксплуататорских классов.

При капитализме национальный доход, созданный трудом рабочих, поступает прежде всего в распоряжение промышленных капиталистов (включая капиталистических предпринимателей в сельском хозяйстве). Промышленные капиталисты, реализуя произведённые товары, получают всю сумму их стоимости, в том числе сумму переменного капитала и прибавочной стоимости. Переменный капитал превращается в заработную плату, которую промышленные капиталисты выплачивают занятым в производстве рабочим. Прибавочная стоимость остаётся в руках промышленных капиталистов; из неё образуются доходы всех групп эксплуататорских классов. Часть прибавочной стоимости превращается в прибыль промышленных капиталистов. Некоторую долю прибавочной стоимости промышленные капиталисты уступают торговым капиталистам в виде торговой прибыли и банкирам — в виде процента. Часть прибавочной стоимости промышленные капиталисты отдают землевладельцам в виде земельной ренты.

Это распределение национального дохода между различными классами капиталистического общества можно схематически изобразить в миллиардах долларов или марок следующим, образом:

В распределение поступает и та доля национального дохода, которая создана в данный период трудом крестьян и ремесленников: одну её часть получают сами крестьяне и ремесленники, другая достаётся капиталистам (кулакам, скупщикам, торговцам, банкирам и т. д.), а третья — землевладельцам.

Доходы трудящихся основаны на их личном труде и представляют собой трудовые доходы. Источником доходов эксплуататорских классов является труд рабочих, а также крестьян и ремесленников. Доходы капиталистов и помещиков основаны на эксплуатации чужого труда и являются нетрудовыми доходами.

В процессе дальнейшего распределения национального дохода происходит увеличение нетрудовых доходов эксплуататорских классов. Часть доходов населения — в первую очередь трудящихся классов — перераспределяется через государственный бюджет и используется в интересах эксплуататорских классов. Так, часть доходов рабочих и крестьян, поступая в виде налогов в государственный бюджет, превращается затем в дополнительные доходы капиталистов и в доход чиновников. Налоговое бремя, возлагаемое эксплуататорскими классами на трудящихся, быстро возрастает.

В Англии в конце XIX пека налоги составляли 6—7% национального дохода, в 1913 г.— 11°/о, в 1921 г.—23, в 1950 г.— 38°/о; по Франции и конце XIX века —10%, в 1913 г.— 13, в 1924 г.—21, в 1950 г.—29% национальною дохода.

Далее, часть национального дохода передаётся путём оплаты так называемых услуг в непроизводственные отрасли (например, за пользование коммунальными услугами, медицинской помощью, зрелищными предприятиями и т. д.). Как уже указывалось, в этих отраслях не создаётся общественный продукт, а следовательно, и национальный доход; но капиталисты, эксплуатируя занятых здесь наёмных рабочих, получают часть национального дохода, созданного в отраслях материального производства. Из этого дохода капиталисты — собственники предприятий непроизводственных отраслей выдают заработную плату наёмным работникам, покрывают соответствующие материальные затраты (на помещение, оборудование, отопление и т. д.) и получают прибыль.

Таким образом, оплата услуг должна возместить издержки этих предприятий и обеспечить среднюю норму прибыли, так как иначе капиталисты не будут применять свой капитал в этих отраслях. В погоне за высокой прибылью капиталисты стремятся взвинчивать плату за услуги, что ведёт к дальнейшему падению реальной заработной платы рабочих и реальных доходов крестьян.

Перераспределение национального дохода через бюджет, а также и посредством высокой оплаты услуг усиливает обнищание трудящихся.

В итоге всего процесса распределения национального дохода последний распадается на две части: 1) доход эксплуататорских классов и 2) доход трудящихся, занятых как в отраслях материального производства, так и в непроизводственных отраслях.

Доля рабочих и прочих трудящихся города и деревни, не эксплуатирующих чужого труда, в национальном доходе равнялась в Соединённых Штатах Америки (в 1923 г.) 54%, а доля капиталистов— 46%; в Англии (в 1924 г.) доля трудящихся составляла 45%, доля капиталистов — 55%; в Германии (в 1929 г.)( доли трудящихся была равна 55%, доля капиталистов — 45%. В настоящее время в капиталистических странах трудящимся, составляющим %о населения, достаётся значительно менее половины национального дохода, а эксплуататорским классам — значительно более половины.

Доля трудящихся классов в национальном доходе неуклонно падает, а доля эксплуататорских классов возрастает. В США, например, доля трудящихся в национальном доходе составляла в 1870 г. 58%, в 1890 г.—56, в 1923 г.—54, в 1951 г.— примерно 40%.

Национальный доход используется в конечном счёте для потребления и накопления. Использование национального дохода в буржуазных странах определяется классовой природой капитализма и отражает всё усиливающийся паразитизм эксплуататорских классов.

Доля национального дохода, идущая на личное потребление трудящихся, являющихся главной производительной силой общества, настолько низка, что она не обеспечивает, как правило, даже прожиточного минимума. Огромная масса рабочих и трудящихся крестьян вынуждена отказывать себе и своим семьям в самом необходимом, ютиться в лачугах, лишать детей образования.

Весьма значительная часть национального дохода идёт на паразитическое потребление капиталистов и землевладельцев. Колоссальные суммы расходуются капиталистами и землевладельцами на покупку предметов роскоши, а также на содержание многочисленной челяди.

При капитализме доля национального дохода, идущая на расширение производства, весьма невелика по сравнению с возможностями и потребностями общества. Так, в США доля национального дохода, идущая на накопление, составляла за период с 1919 по 1928 г. примерно 10%, а за десятилетие с 1929 по 1938 г. накопление составило в среднем лишь 2% национального дохода США, причём в годы кризиса сумма накопления была ниже суммы амортизации, то есть имело место проедание основного капитала.

Относительно небольшой объём накопления при капитализме обусловлен тем, что значительная часть национального дохода идёт на паразитическое потребление капиталистов, на непроизводительные расходы. Так, огромных размеров достигают чистые издержки обращения, идущие на содержание торгового и кредитного аппарата, на хранение излишних запасов, на расходы по рекламе, биржевой спекуляции и т. д. В США в период между первой и второй мировыми войнами чистые издержки обращения поглощали 17—19% национального дохода.

Всё возрастающая часть национального дохода при капитализме идёт на военные расходы, гонку вооружений, на содержание государственного аппарата.

На поверхности явлений капиталистического общества доходы и их источники выступают в искажённой, фетишистской форме. Возникает обманчивая видимость, будто сам капитал порождает прибыль, земля — ренту, а рабочие создают лишь стоимость, равную их заработной плате.

Эти фетишистские представления лежат в основе буржуазных теорий национального дохода. С помощью такого рода теорий буржуазные экономисты стремятся запутать вопрос о национальном доходе в пользу буржуазии. Они стараются доказать, что наряду с рабочими и крестьянами национальный доход создают капиталисты и землевладельцы, а также такие лица, как чиновники, полицейские, биржевики, духовенство и т. д.

Далее, буржуазные экономисты изображают в ложном свете распределение национального дохода. Они преуменьшают долю дохода, получаемого капиталистами и землевладельцами. Так, например, доходы эксплуататорских классов определяются на основе резко преуменьшенных сведений самих плательщиков налогов; не учитываются огромные оклады капиталистов, получаемые многими из них в качестве руководителей акционерных компаний; не учитываются доходы сельской буржуазии и т. д. В то же время доходы трудящихся искусственно преувеличиваются тем, что к рабочим причисляются высокооплачиваемые крупные чиновники, директора предприятий, банкой, торговых фирм и т. д.

Наконец, буржуазные экономисты искажают действительную картину распределения национального дохода тем, что они не выделяют расходов на потребление эксплуататорских классов, на чистые издержки обращения, преуменьшают долю военных расходов, всячески маскируют непроизводительную растрату огромной части национального дохода.