МИР ПО САРЕ ПЕЙЛИН… ИЛИ ПО «СПАСАТЕЛЯМ»?

МИР ПО САРЕ ПЕЙЛИН… ИЛИ ПО «СПАСАТЕЛЯМ»?

Говорят, Сара Пейлин, кандидат на пост вице-президента от республиканской партии на выборах президента США в 2008 году, считала, что Африка — это не континент, а страна. Многие удивлялись, откуда она это взяла, но кажется, я знаю ответ. Из диснеевского мультфильма 1977 года «Спасатели».

«Спасатели» — мультфильм о группе мышей, носящей название «Общество помощи и спасения», которая ездит по миру, помогая попавшим в беду животным. В одной из сцен показан международный конгресс Общества, куда съехались мыши-делегаты от всевозможных стран в традиционных костюмах и с соответствующими акцентами (те, кому случалось заговорить). Там присутствовала французская мышь в берете, немецкая мышь в мрачной синей одежде и турецкая мышь в феске. Была еще мышь из Латвии в меховой шапке и с бородой, а также мышь женского пола, представляющая… ну да, Африку.

Возможно, Дисней на самом деле и не считал Африку страной, но он отвел по одному представителю и стране с 2,2 миллионами жителей, и континенту, где более чем 900 миллионов человек живут почти в 60 странах (точное число зависит от того, признаете ли вы в качестве отдельных стран Сомалиленд и Западную Сахару) — это кое-что говорит о его отношении к Африке. Подобно Диснею, многие считают Африку аморфной массой стран, страдающей от одинаково жаркой погоды, тропических болезней, невыносимой нищеты, гражданской войны и коррупции.

Хотя не следует сваливать все африканские страны в одну кучу, нельзя отрицать и то, что большинство африканских стран крайне бедны — особенно, если мы ограничимся Африкой южнее Сахары (субсахарской, или «черной», Африкой), которую, в сущности, и имеют в виду, когда обычно говорят об Африке. Согласно Всемирному банку, средний доход на душу населения в Африке к югу от Сахары оценивался в 2007 году в 952 долларов. Это несколько выше, чем 880 долларов в Южной Азии (Афганистан, Бангладеш, Бутан, Индия, Мальдивы, Непал, Пакистан и Шри Ланка), но ниже, чем в любом другом регионе мира.

Помимо этого, многие говорят о «трагедии роста» Африки. В отличие от Южной Азии, темпы роста которой с 1980-х годов ускорились, Африка страдает от «хронического дефицита экономического роста»{25}. Субсахарская Африка по уровню дохода на душу населения сегодня находится приблизительно на том же месте, что и в 1980 году. Еще больше беспокоит тот факт, что отсутствие экономического роста вызвано, главным образом, не плохим выбором политики (как и многие другие развивающиеся страны, страны этого региона с 1980-х годов осуществляли рыночные реформы), а, в основном, трудностями, доставшимися им от природы и истории и потому крайне трудно поддающимися изменению, если их вообще возможно изменить.

Список предполагаемых «конструктивных недостатков», сдерживающих развитие Африки, впечатляет.

Прежде всего, это определенные природой условия: климат, географическое положение и природные ресурсы. Располагаясь слишком близко к экватору, Африка страдает от свирепствующих тропических болезней, таких как малярия, которые сокращают производительность труда и поднимают расходы на здравоохранение. Многим странам, оказавшимся в плотном окружении других стран, тяжело интегрироваться в глобальную экономику. Они находятся в «плохом соседстве», в том смысле, что окружены другими бедными странами, имеющими маленькие рынки (что ограничивает для них возможности ведения торговли) и зачастую страдающими от вооруженных столкновений (которые часто выплескиваются на соседей). Африка также богата природными ресурсами, что многие считают ее «проклятием», утверждая, что изобилие ресурсов делает африканцев ленивыми — поскольку можно «лежать под пальмой и ждать, пока упадет кокос». Так обрисовывает ситуацию популярное изречение (хотя те, кто так говорит, явно не пробовали сидеть под пальмой — есть риск, что свалившийся кокос размозжит голову). «Незаслуженное» благосостояние, основанное на природных ресурсах, также провоцирует коррупцию и конфликты вокруг правительственных должностей. Экономические успехи бедных природными ресурсами восточноазиатских стран, таких как Япония и Корея, часто приводят в качестве примеров противоположности «проклятию ресурсов».

Не только природа, но и собственная история сдерживает развитие Африки. Африканские государства этнически слишком многообразны, отчего люди не доверяют друг другу, и поэтому рыночные операции обходятся недешево. Утверждают, что этническое многообразие может спровоцировать вооруженные конфликты, особенно если имеется всего несколько в равной мере сильных групп (а не множество небольших групп, организовать которые труднее). Колониальная история оставила в большинстве африканских стран неэффективные учреждения, поскольку колонизаторы не хотели селиться в странах, где слишком много тропических болезней (так что между климатом и государственными институтами есть связь), и поэтому создавали только минимально необходимые институты, которые необходимы были для добычи ресурсов, а не для развития местной экономики. Некоторые аналитики даже рискуют утверждать, будто африканская культура не подходит для экономического развития: африканцы плохо работают, не строят планов на будущее и не умеют сотрудничать друг с другом[5].

Со всем вышесказанным перспективы Африки на будущее выглядят унылыми. По отношению к некоторым из структурных недостатков любое решение представляется недостижимым или неприемлемым. Если развитие Уганды сдерживается ее изолированностью, слишком близким расположением к экватору и плохим соседством — что ей делать? Физически переместить страну — такой вариант не рассматривается, поэтому единственно возможное решение — колониализм, то есть Уганда должна завоевать, скажем, Норвегию и переселить всех норвежцев в Уганду. Если наличие слишком большого числа этнических групп мешает развитию, следует ли Танзании, одной из самых этнически многообразных стран мира, взять на вооружение этнические чистки? Если излишнее изобилие природных ресурсов препятствует экономическому росту, не следует ли Демократической Республике Конго попытаться продать часть своей территории, где залегают полезные ископаемые, скажем, Тайваню, чтобы передать проклятие природных ресурсов кому-то другому? Что должен делать Мозамбик, если после колонизаторов у него остались негодные политические институты? Изобрести машину времени и подкорректировать историю? Если Камерун обладает культурой, плохо способствующей экономическому развитию, надо ли ему начать некую программу по промыванию мозгов или отправить людей в лагеря на перековку, как делали в Камбодже красные кхмеры?

Все подобные предложения о дальнейших действиях либо физически невозможны (перемещение страны, изобретение машины времени) или политически и морально неприемлемы (завоевание другой страны, этнические чистки, исправительные лагеря). Поэтому те, кто убежден в важной роли этих «конструктивных недостатков», но находят подобные радикальные решения неприемлемыми, утверждают, что африканские страны необходимо посадить на своего рода «пособие по нетрудоспособности», предоставляемое через зарубежную помощь, и оказывать им дополнительную поддержку в сфере международной торговли (например, богатые страны начинают снижать степень защиты своего сельского хозяйства от внешней конкуренции только для африканских стран — и других таких же бедных и изначально находящихся в невыгодном положении стран).

Но нет ли иного пути будущего развития Африки, кроме как безропотно принять свою судьбу или положиться на внешнюю помощь? Или у африканских стран нет надежды самостоятельно встать на ноги?