Назначение бенефициариями супруга и/или детей

Принцип, в соответствии с которым кредиторы имеют преимущественные права перед бенефициариями, не применим, если держатель полиса (в данном случае физическое лицо) назначает бенефициариями супруга и/или потомков. Согласно ст. 80 VVG, если бенефициариями назначены супруг и/или потомки держателя полиса, страховые требования не могут быть включены в исполнительное производство по инициативе кредиторов держателя полиса. В соответствии со ст. 92 Федерального закона о взыскании долгов и банкротстве (SchKG) страховые требования рассматриваются как неотъемлемые составляющие: они не подлежат аресту и не могут быть изъяты кредиторами. Единственным исключением являются права удержания. Если держатель полиса предоставил одному из кредиторов право удержания на страховой полис и сам вручил ему полис (ст. 73 § 1 VVG), то согласно ст. 80 VVG этот кредитор имеет преимущественные права перед бенефициариями.

Если реализация страховых требований согласно ст. 80 VVG в процессе взыскания долгов или производства по делу о банкротстве исключена, бенефициарии автоматически заменяют держателя полиса в качестве партнеров по договору со страховой компанией в момент выдачи свидетельства о неплатежеспособности или заявления о его банкротстве (§ 1 ст. 81 VVG). Переуступка прав на страховые требования происходит автоматически, после чего бенефициарии становятся новыми держателями полиса со всеми правами и обязанностями, если они явным образом не отказались от передачи прав. При отказе от передачи прав страховые требования становятся отчуждаемым активом, а следовательно, объектом исполнительного производства. Бенефициарии обязаны уведомить страховщика о переуступке прав, представив письменное подтверждение от правоприменяющих органов (§ 2 ст. 81 VVG). Но тот факт, что они не уведомили страховщика, никоим образом не влияет на переуступку прав на страховые требования: передача прав осуществляется независимо от такого уведомления. Однако, пока страховщик не уведомлен о передаче прав, он считает своим партнером по договору первоначального держателя полиса и может делать соответствующие выплаты, в частности может выплатить выкупную стоимость первоначальному держателю полиса.

Очевидно, что при неотменяемом назначении бенефициария кредиторы не могут изъять страховой полис у держателя полиса, поскольку право на страховое возмещение и выкупную стоимость переходит от держателя полиса к бенефициарию. Однако в случае отменяемого назначения бенефициариями супруга и/или потомков защита активов осуществляется в силу особого правила, а не намерения держателя полиса назначить неотменяемого бенефициария. Поскольку цель страхования жизни – обеспечение социальной защиты, активы, фактически принадлежащие держателю полиса, исключаются из его имущества при взыскании долгов или при производстве по делу о банкротстве, а права на них передаются его ближайшим родственникам. В этом случае кредиторы держателя полиса могут остаться с пустыми руками. Закрепленный в ст. 80 VVG принцип защиты и поддержки семьи требует, чтобы держатель полиса был застрахован. Необходимость в финансовой защите родственников возникает лишь в том случае, если держатель полиса и застрахованное лицо, который является их основным кормильцем, – один и тот же человек. Более того, данное положение требует, чтобы супруг и/или дети существовали фактически (к таковым относится и ребенок, который еще не появился на свет) на момент отчуждения активов или заявления о банкротстве. Это означает, что стандартная статья в полисе страхования жизни, содержащая последовательную цепочку назначений (например, бенефициарием назначается супруг, в случае его отсутствия дети, при отсутствии последних – другие родственники) не определяет назначение согласно ст. 80 VVG и не дает привилегий при исполнительном производстве, если держатель полиса на момент начала исполнительного производства был, к примеру, разведенным, вдовым и бездетным. Кроме того, супруг и/или дети застрахованного лица должны быть главными бенефициариями. Если главным бенефициарием назначено третье лицо, супруг и/или потомки не имеют преимущественного права в соответствии с ст. 80 VVG, даже в том случае, если они упомянуты как дополнительные бенефициарии (ср. K?ng в: Honsell/Vogt/Schnyde (eds.), Kommentar WG, Basel 2001, ad Art. 80).